Онлайн книга «А это точно боярка? Том 4»
|
Э? Упс… Так, получается, косой жнеца их больше бить нельзя, руками тоже, руки-то у меня меченые. Ну вот так вышло, что кровь степных ящеров, которой я нарисовала на запястьях адрес для скошенных душ, въелась намертво и превратилась в татушку. И как теперь подкормить сорокового, если души монстров срочным пакетом отправляются к Немезису в камеру? Он ведь не зря жалуется, что у него там уже места маловато. Железные души, надо же. Ясно, значит, самая пора кормить ими сорокового! — Радость моя мифриловая! Этого тебе! Только подскажи, как его правильно убить во славу твоих микросхем! А, погоди, уже знаю! Сейчас! — Не дай бездна! — отчего-то вслух ужаснулся киборг, становясь видимым. — Не вздумай приносить мне жертвы, не хочу открывать канал связи. А то еще подхвачу очередную заразу. Достаточно, что сами механизмы остаются, их переработаю. — Упс… поздно. Прости, — искренне покаялась я, глядя на расплющенную молотом киберящерицу под ногами. Молот я достала из инвентаря и расписала с помощью все того же остановленного времени. — Оно само как-то. — Ты это нарочно! — Ну конечно, нарочно! Но до того, как ты отказался… зато адрес на молотке правильный, уже радость. Царапала-то наспех! Еле успела у тебя в настройках подглядеть. — Уф… — Рядом к стеночке прислонился вымотанный битвой Саша. — Какая гадость эти ваши механизмы. Ни одной органической косточки для дальнейшей переработки! Ни одного куска плоти! А так не хочется портить ценные туши из твоего подпространства. Нам еще империи долг за големов возвращать. — Зато морозятся отлично, — откликнулся не менее вымотанный свекор, опираясь на стеночку с другой стороны. — У них, видимо, какая-то жидкость в качестве аналога крови. Если ее кристаллизировать с помощью понижения температуры, сразу теряют подвижность. — Так тут все вокруг сплошь ледяное, как они сами еще не замерзли? — машинально удивилась я, с тревогой глядя на странно мерцающего киборга. До него, походу, пожертвованная душа долетела, и теперь он чем-то странным занимался, то ли переваривал, то ли пытался ее вытошнить. — Вода замерзает при одной температуре, а их жидкость при другой, — охотно пояснил Олег Викторович. — А точнее, при абсолютном нуле. Не знаю, кто додумался закрыть доступ к сердцу домена именно механизмами. С одной стороны, это правильно, органикам здесь действительно слишком студено, температура ниже точки замерзания воды почти на тридцать градусов. С другой… ну в самом деле? Я маг холода. Для меня это даже не прохладный ветерок, скорее почти жара! При моем абсолютном нуле даже металл становится хрупким, так что… — Угу, странно, что эти гады нас так потрепали, — согласилась я, убедившись, что сорокового все же не стошнило. — Они мелкие, верткие, и их слишком много, — вздохнул свекор. — Замораживать по одному, концентрируясь в определенной точке, гораздо сложнее, чем покрыть температурой абсолютного нуля область. Но раз со мной еще два постоянно разбегающихся в разные стороны ребенка, я просто не могу бить по площадям. Если быть честным, то в одиночку, без тебя и Александра, мне было бы намного проще. — Вы к своему родовому алтарю каждый раз так сложно прорываетесь? — удивилась я. — Там не алтарь. Алтарь выше на полтора километра. — А что тогда здесь⁈ |