Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 178 – Леси Филеберт

— Зато я видел красоту твоей магии, тогда, в лесу. Человек, который не жалеет остатков сил на то, чтобы вылечить поломанное дерево, просто не может быть плохим и безобразным душой. Такие поступки говорят гораздо больше, чем просто красивые слова. А что касается знаний о тебе... Кажется, за последние дни я узнал тебя намного больше. И намерен продолжить эти увлекательные археологические раскопки в живой энциклопедии по имени «Еления Штольценберг».

Он так красиво улыбался при этом и смотрел столь двусмысленно, что я не выдержала и все-таки отвела взгляд в сторону.

Сердце колотилось, как сумасшедшее. Уф-ф-ф, ну и разговорчик у нас вышел посреди каких-то геросских полей! Не была я готова к таким откровениям, и теперь меня слегка потряхивало от нервов.

Взгляд вновь упал на раскрасневшиеся костяшки на руке Лунтьера. Не знаю, в какую переделку он влип сегодня, но рука была залечена явно впопыхах перед встречей со мной, лекарские чары были не совсем корректные, и теперь по руке начинал разливаться нехороший синяк.

Что ж... Раз уж он знает, кто я, то нет смысла больше скрывать любые проявления моей магии, и можно немного помочь. Вроде Лунтьер не был похож на человека, который может потом воспользоваться моей силой с дурными помыслами.

— Дай руку.

Лунтьер удивленно вскинул брови, когда я без спроса схватила его за пострадавшую руку, но ни слова не сказал и лишь с интересом наблюдал за моими манипуляциями.

А я провела подушечками пальцев по разбитым костяшкам, оценивая травму, потом очень крепко зажмурилась. Выдавить из себя слезинку сейчас было легче легкого: достаточно было лишь подумать о том, какая я бедная-несчастная, что вынуждена просить аристократа позволить мне родить ему наследника!.. Намеренно накрутив себя побольше этими мыслями, я смахнула пальцем слезинку и быстро размазала ее по руке Лунтьера. Маленькая капелька вспыхнула на миг ярким зеленым цветом, и я накрыла ладонь Лунтьера своей, нашептывая нужные исцеляющие заклинания. А когда минуту спустя убрала руку, то костяшки пальцев выглядели уже абсолютно здоровым, без признаков каких-либо травм.

Лунтьер удивленно повертел рукой перед собой.

— Как ты это сделала?

— Это тоже часть магии найоки.

— Древний рассказал мне об этом кратко, но слышать об этом и видеть своими глазами — это очень разные вещи... Удивительно...

Лунтьер перевел на меня крайне заинтересованный взгляд.

— Откуда ты вообще узнала про свою сущность? Кто стал твоим наставником на магическом поприще?

— Мои родители удачно нашли такого наставника почти сразу, как мы перебрались в Искандер.

— Как вы вообще в нашем мире оказались?

— По инквизиционной программе переселения магов в более подходящую для их обучения среду обитания, — я пожала плечами. — К нам домой явился один инквизитор, когда у меня впервые ярко проявилась магия. Ну и предложил моим родителям помощь в переселении.

— А, понятно. Этот отдел у нас обычно скучает, редко им работенка выпадает. Как правило, переселяют только в тех случаях, когда проснувшаяся магическая сила создает серьезную опасность для местных жителей или для самого мага — от реакции этих самых местных жителей, например.

— Тот инквизитор так и говорил, — я кивнула. — Я на Земле родилась, да еще в таком скромном городке, где меня с перепугу от вспышки магии вполне и камнями могли бы закидать... Родители недолго думали, они меня любят. Я в ту пору была совсем ребенком и, если честно, не вникала в то, как именно мама с папой нашли мне учителя. Вроде мама в какой-то библиотеке познакомилась с этим человеком, когда искала более подробную информацию о моих способностях, ну или того, кто эту информацию знает.