Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 195 – Леси Филеберт

Каллос снова заговорил, и Дэлар перевёл:

— Он хочет показать вам одну из наших самых красивых рождественских традиций — сегодня эльфы запускают тысячи светящихся кувшинок на озеро. Это символ надежды и новых начинаний. Генерал приглашает вас присоединиться к этому зрелищу и самой запустить одну из кувшинок.

Я улыбнулась.

— Это звучит прекрасно.

Но в голове крутился один вопрос: зачем ему всё это?..

— Почему мистер Каллос хочет именно здесь поговорить об инциденте с Велариэной? — осторожно уточнила я у переводчика.

Каллос слегка наклонил голову, слушая Далара и отвечая ему, а переводчик передал его ответ:

— Мистера Каллоса сейчас вообще не интересует Велариэна. Сегодня его интересует только одно — вы, мисс Штольценберг.

Я вскинула брови, понимая, что уже ничего не понимаю. И подозрительно покосилась на стражников, стоящих в стороне.

— А интересую с какой целью?

Закралось смутное подозрение: вдруг в качестве праздничного ритуала необходимо принести в жертву девственницу? Тем более что иностранных гражданок не жалко, в отличие от эльфиек.

Генерал вдруг произнес несколько слов на международном языке — медленно, с сильным акцентом, как будто выученных специально:

— Вы... прекрасны... как первый снег... в горах.

Я застыла, пытаясь осмыслить происходящее, которое всё больше было похоже на сюр.

Что за бред? К чему эти изысканные комплименты?

— Мистер Каллос, это очень любезно, но я всё еще не понимаю, для чего вы позвали меня сюда. Это... — я запнулась, пытаясь аккуратно сформулировать. — Это связано с вашим здоровьем? С той темой, о которой мы говорили в день торжественного обеда?

Дэлар перевел мои слова, и Каллос очень активно закивал, расплывшись в лучезарной улыбке и глядя на меня странным чувственным взглядом.

— Ох, ну так бы сразу и сказал, что ему зелье передать надо, и он стесняется делать это где-то в другом месте, — пробормотала я себе под нос и полезла в сумку достать бутылек со слабительным зельем. — Мог бы попросить передать через кого-то. И чего было меня сюда тащить...

Каллос снова заговорил, и Дэлар перевел:

— Мистер Каллос говорит, что сделает всё, чтобы этот вечер с ним затмил вашего жениха.

Я моргнула, да так и застыла, нашарив бутылёк, но не успев вытащить его из сумки.

— Какого жениха? — напряженно спросила я.

Генерал удивлённо поднял бровь, а переводчик пояснил:

— Ваш куратор, мистер Брандт, в день торжественного обеда опечалил генерала Каллоса известием о том, что у вас уже есть жених, поэтому вы не можете принять предложение руки и сердце мистера Каллоса, который влюбился в вас с первого взгляда и готов был жениться на вас незамедлительно. Но мистер Брандт пояснил, что вы не можете ответить взаимностью, потому что в вашей жизни уже есть мужчина, пленивший ваше сердце, и...

Чем дольше он говорил, тем больше у меня отвисала челюсть. Даже весь этот сюр с нелепым «свиданием» на троих (включая переводчика, ага), ушёл на второй план.

В моей голове разом сложились все пазлы. И все эти странные восторженные взгляды генерала в мою сторону на торжественном обеде, и то, с какой напряженной улыбкой Лунтьер всё это переводил... Я тогда списала это в целом на нервное напряжение, так как денёк у нас выдался тот еще. Но теперь понятно, что я стала жертвой намеренного обмана — ради чего? Ради желания выставить меня посмешищем? Или?..