Книга А это точно боярка? Том 3, страница 19 – Ирина Смирнова

«Нечестно. Почему именно вы двое на свободе большую часть времени?»

«Приказ императора. Брюзга банально удобнее в управлении. Досадно, но… короче, не ной, сам все знаешь!»

Я краем уха прислушивалась к их перепалке. Почему краем? А я тоже тормоз, меня только сейчас догнала интересная мысль: где сорок второй? Почему не комментирует? С того момента, как меня утащили в драконью ванную, я даже тени щупальца не видела. Это что?

Опять ивент?

Или три в одном гораздо более хитрый собственник, чем мы думали?

«Сладкая!»

— Барышня!

«Наденька!»

Слава вам, божечки-кошечки, Сехмет, Бастет и Мафдет. Все же не ивент. Никаких жаб и прочих монстров ниоткуда не выскочило, ни в какое подземелье сквозь ванну я не провалилась.

Всего лишь с космической скоростью вымылась, шикнув на Горыныча, когда он слишком увлекся спором между головами, выскочила из воды, конфисковала с полочки белый махровый халат и, оставив змея тешить свое ОКР в одиночестве, покинула страну белого кафеля.

И правильно сделала. Как только оказалась в коридоре, меня мгновенно спеленали щупальцами и заорали в ухо тремя голосами.

Причем Сашенька, которого отправили на лекцию, умудрился вопить ментально издалека. Но быстро успокоился, кстати, мурлыкнул что-то про конспект, который даст списать, и отключился.

— Представляешь, эта доисторическая ящерица умудрилась наложить тройной щит! — возмущался тем временем сорок второй, сверкая фиолетовыми фарами глаз. — Физический, ментальный и аурный! Я, конечно, мог его взломать, но опасался, что наш бездонный кошелек пришибет откатом. Тем не менее настаиваю на наказании — никто не смеет лишать меня доступа к твоей душе и прочему прилагающемуся ливеру. Ты, можно сказать, уже часть меня. Ничтожная, конечно, но это совершенно неважно!

— Что предлагаешь? — Я села перед большим зеркалом, поджала под халат мерзнущие ноги и мысленно порадовалась, что хоть волосы мои Горыныч признал чистыми и даже не воняющими паленым, а потому мочить не стал, сославшись на и так пропущенную первую лекцию и то, что сушить такую шевелюру дольше, чем патлы «нюни».

— Хм… — Сист прищурился в сторону двери ванной. — Предлагаю скорее совершить полное бракосочетание, связывающее души.

— Ничего себе наказание. — Я хихикнула. — Это так страшно?

— Нет, просто тогда ваши души будут объединены и я получу доступ сразу к обоим. К троим… то есть к четверым… Тьфу!

— А вот кстати, — заинтересовалась я. — У него одна душа или три?

— Хм, если не углубляться в сакральные знания и упростить до твоего уровня, то получится так: душа одна, но три вариации. Очень похоже на три собравшихся вместе инкарнации, вот. Ведь когда душа реинкарнирует, она переживает иной опыт. Поэтому характер и предпочтения меняются, но остаются некие фундаментальные или слишком яркие привычки. К примеру, любовь к свободе. Или к кошкам. — Сорок второй задумчиво постучал пальцем по маске там, где у обычных людей находится рот. — Впрочем, удивительно. Каждая вариация содержит то, чего не хватает двум другим. Если смотреть поверхностно, это создает конфликт, но в то же время именно их непохожесть формирует прочную основу, способствует быстрой адаптации к неожиданным ситуациям и повышенную степень выживаемости.