Книга Мкхарт, страница 14 – Ирина Смирнова

Проще всего подобные приступы страха лечились, если мы спали в одной кровати. Но если я просыпалась одна, у себя дома, то могла подолгу сидеть у окна и ждать рассвета. Или шла в тренажерный зал, где час усиленной физической нагрузки лишал меня способности не то что волноваться из-за ещё не случившегося, но и вообще ощущать что- либо, кроме дикого желания упасть на кровать и уснуть.

Два года — достаточно большой срок, чтобы понять, что мужчина и женщина идеально созданы друг для друга. Если бы не проклятые предрассудки, тысячи лет традиций… Не пробиваемые ничем убеждения, что какие-либо серьезные чувства, кроме дружбы, между двумя дойнянями невозможны, а уж про брак и заикаться не стоит.

Мы совершали святотатство, и дело было даже не в том, что наши семьи испокон веков враждовали между собой. В конце концов, в Век Общего Перемирия можно было бы помечтать о том, что император одобрил и благословил наше желание быть вместе. Конечно же, я не уступила бы мужу право представлять мою семью на Ковене, а это значит, что мы бы заседали там вдвоём. И постоянно ругались…

Я с улыбкой представила себе эту картину и поняла, что она меня ничуть не пугает. Политические разногласия и личная жизнь для меня всегда стояли бы на разных полках. Думаю, что Конг тоже сумел бы справиться и не пытаться продвинуть какой-нибудь новый закон через бурный секс, проведя внеочередной Ковен в кровати.

Только вряд ли монарх согласится на такой странный брак. Великий Бенеш Си Ам был мудрым правителем, но ко всяким странным нововведениям относился крайне подозрительно. А брак между двумя дойнянями — объединение двух родов в единое целое, и это не просто странное новшество, а угроза безопасности государства. Такой брак никто не одобрит и не поймёт.

Если мы сбежим и попытаемся жить вместе где-нибудь на краю земли, нас, в лучшем случае, будут осуждать. Мне терять было нечего, но вот Конгу… Такие мужчины, как он, не смогут жить вне социума, одиночками. Им постоянно надо бороться, чтобы выделяться из толпы. Лучшая музыка для них — восхищенные взгляды женщин и дыхание запыхавшихся соперников за спиной.

Конг Си Линь:

Два года. Целых два года пролетели в бешеном угаре страсти. Я уже смирился с тем, что главная любовь моей жизни никогда не станет мне законной женой. Всё, что я мог — быть рядом с ней как можно дольше. Я не подавал виду, что наши с ней отношения вызывают некоторые проблемы, что всё это время я выслушивал завуалированные и не очень намеки от друзей и союзников о том, что мы не пара, что я стал преступно беспечен, а она из враждебного нам клана. Тхань ни к чему знать об этом, хотя я иногда замечал, что и её тревожат подобные мысли. Иногда проявлением подобного беспокойства служил спонтанный бурный секс посреди ночи, иногда она ненадолго замыкалась в себе, но страсть и любовь были постоянной основой наших отношений.

За эти два года, помимо напряженной учебы, мы с Тхань отметились практически во всех мало-мальски значимых местах столицы. Театры и выставки, студенческие вечеринки и приемы в Высших Домах столицы. Однажды страсть настигла нас сразу после окончания скачек водяных буйволов на рисовых полях. Тхань тогда сделала ставку, и выигрыш, пусть небольшой, весьма её раззадорил. В тот день мой верный Ли невозмутимой статуей простоял около часа, по колено в грязи рисового поля, рядом с раскачивающимся лимузином.