Онлайн книга «Мкхарт»
|
Не так часто я позволяю себе купить что-либо исключительно ради удовлетворения собственной блажи. Может быть поэтому, когда наконец решаюсь на подобный шаг, то бьюсь до последнего и совершенно не считаюсь с затратами. Мне выдали все документы, принадлежащие Паулю и его самого, уже одетого и с небольшой спортивной сумкой за плечами. — Мне сказали забрать с собой только самое нужное, остальное родители вышлют, когда я устроюсь. Устроюсь? Оригинальное определение продажи в рабство. Но прессовать мальчишку, указывая на его положение, мне не хотелось. У меня один уже запрессованный дома живет… и, кстати, наверное волнуется. Я же вылетела из дома не захватив с собой ни телефона, ни планшета, ни даже брелка с встроенным определением местоположения. До места вызова аэрошек мы с моим новым приобретением дошли молча. Я обдумывала, как правильнее себя вести с моими мальчиками, а Пауль шел рядом и смотрел себе под ноги. То же, наверное, о чем-то думал. Ведущий аукциона, выдавая мне папку с документами, заодно отдал и приобретению какой-то листик, который тот, аккуратно сложив, убрал в карман сумки. И теперь, сидя в аэрошке, Пауль достал этот листик и, смешно нахмурив брови, перечитывал, что там написано. — Что-то интересное? — вежливо поинтересовалась я. — Да нет, ничего такого, леди, — Пауль быстро сложил листик обратно и посмотрел на меня ясными голубыми глазами. — Справка о том, что договор, заключенный между мной и компанией, занимающейся моим устройством на Мкхарте, выполнен. И в дальнейшем все мои проблемы будете решать вы. Да, у мальчика очень оригинальное понимание случившегося. Нет, официально на Мкхарте института рабства нет уже довольно давно, но ошейники чонянлинь никто не отменял. И моя выходка с Рэйко — прекрасный пример того, как можно легко обойти официально отмененное. И тогда по закону и в глазах общественности этот наивный ребенок будет считаться моей собственностью. Мысли о Рэйко заставили мои щеки покрыться легким румянцем. Было очень стыдно перед ним за свою выходку с выбеганием из дома, и уж тем более с возвратом обратно не одной, а с конкурентом. Здоровым, полноценным чонянлинем. Иех, натертым шлеей местом чувствую, что будет скандал. Тут еще, очень некстати, вспомнилось, как я нагрубила Монгу. И мне окончательно стало не по себе. Пауль молча смотрел в окно, лишь иногда украдкой поглядывая в мою сторону. Наверное, чувствовал, что сейчас меня лучше не тормошить. Пауль: С той самой минуты как мы вышли в Космопорте Мкхарта я чувствовал себя как будто киноактером в фильме. Словно это была не моя жизнь, и не я, расцелованный на прощание матерью и сестренкой и крепко обнятый отчимом, сошел на эту планеты. Так было проще, потому что с нами обращались хоть и уважительно, но как-то… как будто мы не были людьми. Вроде бы даже на Вы, но как будто со стулом разговаривают. Вечерами тошно было, хотя и не так, как дома. Дома было тошно и страшно — потому что неизвестно куда лечу и неизвестно что со мной будет. А тут просто тошно… Вот мама сейчас ужин приготовила. Вот отчим с работы пришел. Вот мама сестренке сказку читает… А я тут, один… И никакой надежды вернуться! А еще тесты эти постоянные… «Ваши показатели еще не достигли пиковых возможностей. У вас есть куда развиваться. Сосредоточьтесь и продержитесь подольше. Вы должны побить свой вчерашний рекорд»…. |