Книга Мкхарт, страница 58 – Ирина Смирнова

Но сейчас лисенка снова пороли на сцене, а рядом со мной сидел хороший, послушный, но всегда такой предсказуемый парень. И ждал, когда я возбужусь от зрелища порки настолько, чтобы уйти с ним в отдельную комнату и там… Ну, как минимум, тоже выпорю его от души.

Были дойняни, в чьи практики причинение боли не входило. Им нравилось развлекаться исключительно с содержимым головы или публично унижать. Монг старался от таких держаться подальше, но я успела завести знакомства и среди них, больше всего ради того, чтобы попробовать на вкус публичное унижение. Ведь именно возле них крутились чоняни, предпочитающие такие игры.

В первый раз я была просто опьянена от происходящего, хотя и старалась сдерживать свои эмоции. Это было… Просто потрясающее ощущение! Я подсела за столик, за которым уже сидели две женщины и трое мужчин. У ног мужчин и одной из женщин были их девушки-чонянь. Мне же позволили поиграть с парнем второй женщины. Я тискала его при всех, потом приказала раздеться, потом возбудила… Его энергия просто плескалась в воздухе, ее можно было есть ложками… так ему нравилось то, что с ним делали. И тут мое затуманенное сознание прояснилось. Я могла мучить его, гладить, щипать, унижать, заставить при всех кончить… Он не стеснялся, не ломался ради меня, не боролся с собой… Да, он излучал сияние удовлетворения, но мне хотелось чего-то другого. Я поблагодарила всех за полученный опыт и сделала для себя вывод, что не люблю не только мотыльков. Мой мальчик должен был идти на подобное не в силу отработанной привычки. Он должен был смущенно краснеть, бледнеть, мило закусывать губку… как Рэйко. При этом переживать, волноваться и излучать невинность.

Потом я еще несколько раз попробовала вкус публичных игр и убедилась, что меня все происходящее заводит, но мне действительно просто нужен особенный партнер. Так и появился Рэйко-униженный.

А вот сидящий сейчас у моих ног — это не совсем то. Он тоже ломается, но не для меня… Его движения отточены до автоматизма, и он не испытывает никаких эмоций, целуя мои пальчики. Просто он тоже любит больше игры наедине, поэтому старается их заслужить, соблазнив меня. Грубо говоря, это он снимает меня для себя, а не я его.

Конг Си Линь:

Пробуждение было… тяжелым. Все тело ломило, будто я сутки напролет не вылезал из спортзала. Казалось, болела каждая мышца. В уголке моего рта была вставлена какая-то трубка. С трудом разлепив веки, я увидел лишь смутный силуэт, склонившийся надо мной.

— Ну, слава небесам, Вы наконец- то очнулись! — довольно произнес незнакомый мне мужской голос. — Особых повреждений у Вас не обнаружено, мелкие царапины и порезы, не более. Единственное серьезное ранение — гематома в области затылка, и легкое истощение организма, что неудивительно, ведь Вы почти сутки провели под завалом.

Завалом?! Каким завалом? Как я вообще мог оказаться под каким-то завалом? Я был в горах? Не обращая внимания на профессионально — ласковое бормотание медика, я вновь закрыл глаза, пытаясь вспомнить, каким демоном меня затащило под завал. Утро, Хон, завод и экскурсия. Воспоминания о неудачном дне хлынули как-то разом, восстанавливая все события в злополучной лаборатории. Последнее, что я помнил — перепуганное лицо Санг, закрывающей меня своим телом. Как она, кто еще выжил?