Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 130 – Ирина Смирнова

— Смотри, вот хорошему мальчику я бы намазала анфаллос вот этой, – ткнула в тюбик с мазью, в которую добавлен вейдже. – Но ты у нас провинился. А для плохих мальчиков используют вот эту, - мой палец указывает на тюбик жгучей смазки. Самой жгучей.

— Как думаешь, что будет, если мы их смешаем? – С искренним интересом гляжу в его еще больше расширившиеся глазки. - Я думаю, тебе понравится, – обещаю я ему ласковым голосом. – Мне понравится точно. А значит… что надо сказать?

— Спасибо, госпожа, – у него аж голос сел, интересно, от страха или от возбуждения? Похоже, все вместе.

— Всегда пожалуйста, – я медленно выдавила на анфаллос смазку из обоих тюбиков и распределила ее по всей длине. – Колени еще шире, прогнись.

Сначала я наслаждаюсь тем, как округлый конец страпона скользит между покорно выставленными ягодицами вверх-вниз, только задевая колечко ануса, но не проникая внутрь. И Ройс сбивается с дыхания каждый раз, когда я делаю вид, что вот-вот, сейчас, чуть сильнее надавлю…

Насладившись этим достаточно, я за бедра властно притягиваю его к себе ближе и как ни в чем не бывало спрашиваю:

— Как правильно входить в девственника, медленно и постепенно или лучше сразу, одним толчком?

На пару секунд он завис, а потом хрипло, с запинками, выдавил:

— Медленно… госпожа… пожалуйста!

— Так и быть, – я и сама догадалась, конечно, но мне захотелось с ним поговорить в такой момент.

Анфаллос снова оказался прямо напротив сжатого колечка мышц, но на этот раз я не увела его дальше, а нажала бедрами, завороженно наблюдая, как гладкий ствол раздвигает податливую плоть, прокладывая дорогу вовнутрь. Парень еще сильнее прогнулся в пояснице и чуть слышно застонал, болезненно и так… сладко… что я не выдержала и вошла в него глубоко и резко, почти на всю длину.

Хей:

Ближе к вечеру я выползла из спальни и наткнулась на Рий, вливающую в себя кружку своего любимого отвара. Дийк появился через пять минут с подносом, на котором стоял огромный двухлитровый чайник, тарелка с бутербродами и мои любимые грейпфруты - горьковато-сладковатые, сочные, бодрящие... Хорошо, когда постоянно рядом с тобой наложник, знающий даже твой любимый цвет туалетной бумаги.

Рий при виде бутербродов замутило, и она быстро протянула кружку, в которую Майти налил очередную порцию отвара и замер, прижимая кувшин с остатками целебного пойла к сердцу.

Я отсалютовала сестре чашкой с чаем, и мы сделали по глотку. Но наша идиллия продолжалась недолго.

— Вы уже проснулись? – в дверях нарисовалась наша младшенькая, и мордашка у нее была чем-то озадаченно-обиженная. Интересно, кто ей успел настроение подпортить, пока нас не было? Неужели Найс? Выпорю гада!

— Я еще сплю, – категорично заявила Рий, прячась за кружкой.

— Ну Рииий… - Малышка надула губки. – Вам хорошоооо… а у меня тут проблема!

Я с укором посмотрела на близняшку и кивнула Лайри в сторону свободного кресла:

— Падай и оглашай.

Малышка упала и… огласила. Я действительно слегка оторопела от таких новостей. Ничего себе бабуля! Подкинула мелкой сюрприз! И нам заодно.

— И что, малышка, ты хочешь, чтобы мы его воспитали? – Рий, наконец, оторвалась от своего пойла и посмотрела даже с некоторым интересом.

— Не-е-е-т, – без всякого энтузиазма протянула Лайри. И вздохнула. – Я сама должна. Бабуля мне его с таким условием и подарила. Мол, надо уже учиться, как следует, нечего все время вас дергать.