Онлайн книга «Лайриэйль Лайвджой»
|
— Ты… в аэрошку, – госпожа не сильно, но как-то брезгливо пнула меня носком туфельки в бедро. – Чейри, помоги моему БЫВШЕМУ наложнику передвигаться побыстрее. После яркого света трех солнц, заливавшего двор, в аэрошке было темно. А может, это у меня в глазах все потемнело, выцвело и потерялось… я почти не слышал, что там умоляюще выкрикивает Кай, оставшийся снаружи… не слышал, что ответила ему госпожа… почувствовал только, как она вошла в салон, и как земля в буквальном смысле ушла из-под меня, когда аэрошка взлетела. Глава 26 25 кайаэба 328 года Лайри: Я сидела в аэрошке и скрипела зубами от злости. Потом, когда собственные зубы стало жалко, медленно считала про себя. Чтобы не сорваться и не убить одного такого умного и сдержанного… гаденыша. Сбившись примерно на пятой сотне, поймала себя на мысли, что придумываю какие-то страшно зверские способы наказания. Вычитанная в учебнике истории инквизиция наверняка давится слюной от зависти и посрамлено прячется по углам. М-да… Аэрошка сделала очередной вираж, а с пола донесся сдавленный всхлип. Я мстительно прищурилась в ту сторону – и не подумаю прощать! Урррод… нашел место драться! Чейри притих в своем уголочке, как шушерка под веником, но на пол косился заметно-сочувствующе. Ну конечно, у него солидарность прорезалась, а мне теперь что делать? У-у-у! Злобно бормоча себе под нос что-то про поголовье безголовых, я отвернулась к окну. Пролетаем над горами… значит, скоро будем на месте. Ройс: Весь ужас произошедшего накрывал меня постепенно, с каждой минутой вдавливая в пол аэрошки. Через полчаса полета меня уже трясло так, что это стало заметно со стороны. Кай… прости. Я зажмурился и мысленно прощался со всем хорошим, что было в моей жизни. И так мало ведь… так мало. До зубовного скрежета сейчас было обидно – что ж я за идиот такой, ведь ОН был со мной рядом два года, а нашел я его всего несколько дней назад… а теперь все кончилось. Госпожа меня не простит. И она права… я виноват. Я заслужил… И больше ее в моей жизни не будет. Как так вышло, что это пугает меня не меньше, чем перспектива бордельной жизни?! У меня есть… был Кай, и… потому, что она мне его подарила. И я, наверное, совсем сбрендил, но, похоже, я и Кайя люблю больше всего тогда, когда рядом с нами она… была. Я на нее не смел даже смотреть в первые полчаса полета, а теперь не выдержал. И с трудом удержал стон, – вовремя закушенная губа заглушила его до чуть слышного всхлипа. Как же я умудрился… Ну не мог, не мог я не кинуться на эту скользкую гадину, когда его поганый язык посмел… посмел… «на тебя только и могла эта деревенская недогоспожа клюнуть, настоящие гос…», - дальше он проглотил свою грязь вместе с моим кулаком, врезавшимся ему в зубы. К праотцам! Плевать мне на его злобную зависть, но обтираться своим гадючьим языком о мою госпожу я не мог ему позволить! У меня крышу снесло от бешенства! И это - не оправдание. Я подвел свою госпожу, я унизил ее перед другими женщинами дома, и она права, всего лишь поступая со мной так, как обещала. Вот только эти умные и правильные мысли не унимают мелкую противную дрожь и не защищают от подступающей паники. В бордель… ЧТО там делают с такими, как я, лучше сейчас не думать, потому что картинки рисуются одна жутче другой. |