Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 360 – Ирина Смирнова

— Ты меня совсем за дуру держишь? - мне вдруг резко надоело притворяться недалекой злобной кундейкой. Я смерила крысу насмешливо брезгливым взглядом: - При чем тут моя сестра, и откуда вдруг такая срочность!

— Потому что счет надо было чистый, никак со мной не связанный, - Нийк явно задергалась, занервничала, но все еще старалась держать лицо. Только лапки свои пострадавшие старалась спрятать за спину. Неудачно задела вывихнутые пальцы и тихо взвизгнула, глянув на меня с такой лютой ненавистью, что мне снова стало как-то зябко. - А срочность потому, что последний груз, - добавила она поспешно.

— Дура, - выплюнула я с презрением. - Жадная лживая дура. Еще и мазохистка. Дийк. Один. СЛОМАТЬ!

Как только утих дикий, пронизывающий до костей вой, я наклонилась над скорчившейся жертвой, и четко, предельно жестко произнесла:

— Ты правда такая идиотка, или прикидываешься? Я тебе в третий раз повторяю, чтобы до тебя дошло, наконец. Ты не выйдешь отсюда живой, если завтра на таможне не будет арестовано контрабандное оружие. Поняла, тварь?

Поняла. Тварь прекратила скулить и заливаться слезами боли, и сквозь зубы выдавила:

— Если я не пошлю сообщение с номером счета, груза не будет.

— Ясно. - Я выпрямилась. Снова взяла планшет. И первым делом удалила с него сообщение Хей. Сосчитала про себя до пяти. Незаметно вздохнула.

— Номер отправителя. Живо.

— Дай, я покажу.

Крыса демонстрировала полную покорность. Поскольку Дийк покорежил обе ее когтистые лапы, набирала сообщение я сама, отправляла тоже. Нийк внимательно проследила, как я нажимаю иконку «отправить» и быстро отвела глаза. Но заметить злобно торжествующий проблеск я успела.

Ну что же... Ждать больше нечего. Я встала и отошла на пару шагов. Видимо, животное чутье у крысы все же было на высоте. Она вдруг дернулась, впившись в мое лицо расширившимися зрачками.

— Ты меня обманула! Га-а-ади-их-ххр-х...

— Ты меня тоже, - ответила я той, что уже почти меня не слышала.

Досмотрела я все до конца. Еще вечером, вкладывая в руку истукана инъектор с тройной «дозой прощания», я думала, что не стану при этом присутствовать. Пусть Дийк сам. Но сейчас вдруг поняла: нет, я не буду трусливо прятаться, закрывать глаза и делать вид, что это меня не касается. Это мое решение. Дийк такое же орудие, как инъектор. Убиваю я.

— Прибери здесь все. Чтобы никаких следов не осталось. Тело пока заверни в пленку. Закончишь, отнесешь в аэрошку. Я покажу, куда его сбросить.

И вышла на воздух. Резкий холод прогнал дурноту, стало самую капельку легче. И я осталась стоять у покосившейся стены, бездумно вглядываясь в резкие, черные вершины холмов.

Очнулась от того, что неожиданно заботливые руки накинули мне на плечи куртку.

— Госпожа, вы простудитесь, - удивительно, но на лице у истукана проявилось что-то похожее на искреннее переживание о моем здоровье.

— Спасибо. Ты закончил? Тогда взлетаем.

А потом я смотрела, как большой безжизненно мягкий сверток перекатывается через порог зависшей машины и почти беззвучно падает в темную, сыто чавкнувшую трясину. Смотрела и ни-че-го не чувствовала. Даже услышав торопливый шорох и слабое шлепанье лап, и заметив две длинные тени, лишь со странным холодным удовлетворением уверилась, что к утру от тела не останется даже костей.