Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 432 – Ирина Смирнова

Я бесцеремонно затащила его к себе поближе, так, что Чейю тоже пришлось скинуть обувь и забраться ко мне с ногами. Найс, тихо усмехаясь чему-то про себя, спокойно разместился с другой стороны кровати.

Устроив этакое гнездышко из себя и своих мужчин вокруг разложенного на покрывале выпоротого тельца, я поощрительно улыбнулась:

— Во-о-от, вся моя стая в сборе.

И, забрав у Чейя банку с иши, открыла и поставила ее на постель рядом с расслабленным и умиротворенным Клайрисом. Зачерпнула пальцем немного масла и нежно-нежно провела им по особенно яркой полоске на золотисто-шелковой попе. - А вы чего ждете? Ребенку завтра в театр. Так что лечим нашего мальчика, жалеем и не отлыниваем. - И для наглядности другой рукой взъерошила и без того растрепанную шевелюру страдальца.

Найс, к которому сегодня просто приклеилась его фирменная чуть ехидная усмешечка, потянулся и, зачерпнув из банки немного иши, принялся размазывать его по змеиным плечикам. Чей же только сочувственно поглядывал на красные полоски.

Клайрис едва ли не мурлыкал от удовольствия, пока мы в четыре руки втирали в него масло. Потом я насильно поймала Чейри за руку, сама окунула его пальцы в масло и, еще чуть потянув, преодолевая легкое невольное сопротивление, прикоснулась ими к исчерченной следами от плети аппетитной попке.

Чей размазывал масло, не отрывая взгляда от меня, и по его лицу было очень заметно, как происходящее ему не нравится. Я наклонилась поближе, легонько дунула помидорке в ухо и прошептала: - Котенок, вы все часть меня. А Рис еще и твой друг. И ты ему очень нравишься. Неужели тебе трудно его немножко пожалеть и показать, как он нам дорог?

— Я его жалею. Совсем не обязательно для этого по заднице гладить, - буркнул Чейри. - Дружба, она не через задницу выражается.

Найс, в этот момент как раз размазывающий иши по пояснице змеенка, подавился воздухом и закашлялся. Но, по-моему, он больше давился смехом, чем кашлял на самом деле. Клайрис, обернувшись, едва заметно улыбнулся, правда взгляд у него был слегка разочарованный.

— Не гладить, а лечить пострадавшее место, - объяснила я упертому помидорке диспозицию. Потом опять накрыла его кисть своею, погладила, пропуская пальцы сквозь пальцы, и, вот так, «двойной рукой» нырнула сначала в банку, а потом вернулась на исчерченные выпуклости.

Чей был вынужден сидеть ко мне очень близко, я его почти обнимала, прикасаясь то боком, то грудью, а наши руки в это время бережно обрабатывали спорную территорию. Про которую он, кажется, забыл, поскольку смотрел только на меня, дышал, облизывал губы, опускал глазки… Хи, кажется мой деревенский мальчик пытается кокетничать? А про чужие попы и нежелание их гладить он думать, наверное, не успевал, весь погруженный в меня и только в меня.

Но сегодня я решила, наконец, провести ночь, как нормальный человек. Выспаться! Так что, обмазав и загладив змеенка с ног до головы, то есть с попы до шеи, бестрепетно выставила всю троицу из комнаты, не реагируя ни на жалобные взгляды, ни на вкрадчивые предложения поухаживать за госпожой в душе и расчесать волосы. Знаем мы, чем заканчиваются эти ухоженные волосы.

Клайрис:

Тихо бредя по коридору, поддерживаемый с одного боку Найсом, а со второго Чейри, я чувствовал, что сегодняшнее наказание было нужно мне не только для того, чтобы я понял, что в мире все по-прежнему. Оно еще очень сильно помогло мне понять тех, кто рядом. Я наивно думал, что нравлюсь Чейри и как парень, но теперь я был уверен, что он защищает и оберегает меня только как друга. И это, в чем-то, было даже приятнее… хотя и немного обидно. Зато стало понятно, почему он так испуганно реагирует на мои прикосновения. Хорошо, что те две ночи, которые мы спали вместе, я не рискнул к нему поприставать… Просто потому что до сих пор не знал, как Найс и госпожа Лайри к этому относятся.