Онлайн книга «Лайриэйль Лайвджой»
|
Сегодня она была какой-то особенно нежной, даже когда была сверху. Не знаю, что случилось, мне никто ничего не рассказывал, хотя белобрыс вернулся с этого их совета слегка пристукнутый. Ну и ведьма... Моя ведьма. Моя тигра. Тоже была с вечера не в себе. Такая... у меня сердце невольно сжалось, и я постарался отвлечь ее как мог. По собственной инициативе перецеловал каждый пальчик на узких, аристократически изящных ступнях. Прижимался щекой к стройной голени, гладил и целовал, вдыхая нежный, тонкий аромат кожи. Моя тигра почти не пользуется духами. Раньше мне казалось, что это признак плебейства, а теперь я понял утонченную прелесть настоящей женственности, не забитой искусственными, химическими отдушками. Как-то особенно остро, до головокружения сегодня чувствовался каждый вздох, каждый взгляд. Этот чумовой, нереальный момент, когда ты ласкаешь податливое женское тело, забыв обо всем, обо всех этих дурацких здешних правилах, когда она отвечает тебе, ластится и льнет и вдруг! За нежной поволокой зажигается бешеный зеленый огонь хищницы, от которого слабеют колени и внизу живота начинает раскручиваться обжигающий смерч, ни в какое сравнение не идущий с возбуждением, в котором ты, казалось, только что сгорал... Черт! Как она это делает?! Моя тигра, моя ведьма, моя дикая кошка... Моя богиня. И мое сопротивление ее только еще больше заводит. Ну не дурак же я, просек фишку. Но то, что и меня торкает, осознал недавно, и меня этим фактом основательно пришибло. Бляяя, или я всегда был таким извращенцем, только сам не знал, или мне тут все же подправили мозг. Но когда моя ведьма, чтобы окончательно заломать меня, зовет на помощь белобрыса, и я вспоминаю внезапно, что он здесь все время был... Меня вштыривает не по-детски. А сегодня вставило вдвойне... Если у меня кожа горела не только там, где касалась меня ведьма, но и там, где заламывал этот блядский трахатель-подсобник... Но я, как умалишенный, продолжал сопротивляться, с огрооомным удовольствием впаяв противнику под дых, а когда он, охнув, потерял бдительность, еще и в глаз навесил... Ох, как меня вштырило! Даже плеткой по заднице потом было не столько больно, сколько... Не знаю. Все вместе... Растянутые и привязанные к ножкам кровати ноги... Руки, скрученные белобрысом так, что следы останутся надолго... Его клешни на плечах и сдавленный мат, когда я затылком вписался ему точнехонько в подбородок... И все это пропитано дрожью ожидания, потому что ни на секунду не забыть, что там, сзади, невидимая и неслышная... ОНА. И ждешь, ждешь, сбивая дыхание и давя стон - первого прикосновения, от которого бьет током прямо в пах, где и так все стоит и горит. И ведь главное… я только сегодня понял. Я же сам… сам ее провоцирую! Вот она лежит, гладит так нежно, смотрит почти ласково… а меня как вилами в одно место подкалывает ляпнуть что-то эдакое… от чего тигра моментально перестанет мурлыкать и выпустит когти! Черт… я мазохист? Бляяяя… Рий: Утро, как всегда, случилось не вовремя. Матерь, ненавижу просыпаться от стука в дверь, да еще так рано! Что за?! Стучат во внутреннюю дверь, из смежных комнат сестры. Матерь… ну что опять? — Кого праотцы несут!? – Рявкнула я, покрепче сжимая хрупкое, расслабленное после сна, и тут же напрягающееся в моих руках тело. Да знаю я, кого несут, но я не в настроении видеть даже Хей. |