Книга Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1, страница 131 – Ирина Смирнова

— Эйн, любимый, мы непременно погуляем тут с тобой, только сначала передадим Дэйниша его отцу.

Айрин поцеловала брата совсем не братским поцелуем в губы, и, взяв Дэйна под руку, постучала каблучками в сторону взлетной полосы. Корабль должен был приземлится с минуты на минуту. На табло уже даже горел номер посадочного места.

Дэйниша бил озноб, который он старательно и безуспешно пытался скрыть. Каждые две-три минуты он поворачивался к жене, собирался с силами что-то сказать, иногда даже набирал полную грудь воздуха, но потом закусывал губу и отворачивался. Через несколько минут все начиналось по новой.

Девушка крепко держала его за руку, то поглаживая ее, то прижимаясь к нему всем телом. В конце концов развернула парня к себе лицом, встряхнула за плечи.

— Волчонок, золотко, успокойся! Ты уже с ним разговаривал. Он тебя любит, раз и диски записывал, и примчался с другой планеты, чтобы с тобой увидится.

— У него еще сын есть… Нормальный…

— Ты тоже нормальный!!! — В голосе девушки зазвенел металл.

Дэйниш покраснел, сглотнул комок в горле и отвернулся. По местным меркам он нормален. А по континентальным… Можно подумать, он не чувствует, как к нему относятся родители госпожи. Да они бы Лейхио предпочли видеть ее мужем вместо него. Вилайди они все прощают, потому что тот, по их мнению, еще ребенок. А ему… Он чуть не искусал себе все губы в кровь, когда Эйн взял и спокойно обнял госпожу, так легко и непринужденно, как будто всегда так делал. И ей в волосы прошептал: "Моя Айрин!". Тикусйо!!! Она — его! ЕГО жена и в ней растут ЕГО дети. Но чтобы вот так, просто, собственнически обнять ее… Нет. Не сможет. Никогда. Поэтому его так никогда не поцелуют. И любимым не назовут. Вот чтобы не просто так " люблю вас, мальчики" или "я люблю тебя, волчонок", а потом что-то из серии "а теперь все спать!". Нет, чтобы так, как Эйну… "Любимый…". А отец у него… Красивый, глаз не отвести! Сейчас. А в молодости вообще вынос мозга был! У них общего — только цвет волос и словечко это отцовское к нему приклеилось. Все! Ну, рост еще… Интересно, тот, второй, младший, такой же красивый? Отец ни слова ему про брата не сказал, это мать рассказала. Давно еще. Как сама узнала, интересно? Или они отношения поддерживали? Странно.

Эйнри, долго со стороны наблюдающий, как друга потряхивает, не выдержал.

— Матерь Сущего! Дэйн! Ты бы знал, как я тебе завидую! Это же твой отец, понимаешь?! Думаешь, он мчится в такую даль, чтобы посмотреть на тебя и сказать: "Тикусйо! Ты ненормальный кретин с кучей местных тараканчиков в голове!"? Развернуться и улететь обратно? Думаешь, оставляя тебя на этой планете, он рассчитывал, что ты вырастешь настоящим брутальным континентальным парнем?!

— Ну, ты же вырос…

Эйнри застыл. Потом задумчиво посмотрел на Дэйниша, обнял его за плечи и тихо, на ухо:

— Дэйн! Я вырос эгоистичной наглой тварью с повышенным недоебитом. Но мой отец любил бы меня и таким. Твоему будет проще, он летит сюда, потому что любит тебя. А тебя любить одно удовольствие. Особенно когда ты не дерешься.

Дэйниш грустно вздохнул… Может, он и правда весь из себя такой правильный, что его любить одно удовольствие. Но тогда вокруг него все с испорченным вкусом. Потому что все любят эгоистичную наглую тварь. Даже он сам.