Книга Идеальная жертва, страница 97 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

— И даже дурмана в вино не подсыпал, в отличие от него. – Мужчины посмотрели друг на друга так, словно только что встретились. До этого они даже вежливыми кивками не обменялись.

— С дурманом вообще все очень странно… – Николай задумчиво пошевелил губами, глядя в одну точку.

Лоранд на мгновение сморщился, как от зубной боли:

— Согласен. Тут все странно. Сначала я считал, что меня собирались выставить убийцей людей. Потом – убийцей четверых слуг, а теперь еще и их господина подтянули.

— По возрастающей идут, – нервно хмыкнула я. – Тебе повезло, что мне примерно в час ночи приспичило выйти проветриться.

— Точно в час? Вы уверены, госпожа? – Взгляд Николая стал сосредоточенно-цепким, прожигающим. Как… как у Лагина иногда.

— Может, чуть раньше, – засомневалась я, так как время определила очень приблизительно. Ведь на часы посмотрела уже в баре, вынырнув из своего странного сна про блондина у помойки. – Но уверена, что Лоранд никого не убивал. Мне-то он соврать не сможет…

— У нас есть свидетель, видевший около часа ночи через окно вполне еще живого Мишеля. А тело наследник обнаружил примерно в два. Если в час ночи Лоранд был еще в клубе, одурманенный, то ему было бы очень сложно за столь короткий временной интервал вернуться, убить Мишеля и снова скрыться.

— Берегите этого свидетеля, – я улыбнулась Николаю и ласково погладила Лоранда по плечу, напряженному, как камень, – а мы пока отдохнем. Спать после перелета очень хочу. И своего мужчину тоже хочу. – Быстрый и давящий взгляд на Роксану получился у меня на удивление легко.

Я уже почти не разделяла себя и чудовище во мне. А для вампироядной монстрочки иерархия – дело совершенно естественное. Она порвет всех, кто тронет гнездо, но внутри ни одна самка не смеет оспаривать ее главенство. И ее самца. У самок есть выбор: стать матерью новых охотников или едой. Все.

Роксана, конечно, была против. Она бы предпочла отобрать у меня Лоранда и спрятать его куда-нибудь, понадежнее – обратно в подвал за решетку или вообще к себе под подушку.

Но ее никто не спрашивал. Один взгляд – и ненависть в черных глазах сменилась растерянностью. Да, она не могла мне сопротивляться. Особенно когда я очень вежливо попросила нас проводить.

Лоранд первый вошел в отведенную нам комнату, а я притормозила на пороге и притянула к себе вампиршу за талию почти интимным, провокационным жестом. Хотя что может быть интимнее поедания одного чудовища другим чудовищем?

— Не брыкайся, дорогая. Этот мужчина – мой. Ты теперь тоже моя. Радуйся – ты не умрешь в ближайшее время. И даже сможешь родить ребенка. Своего, настоящего. Это стоит помятой гордости, верно?

Роксана осоловело моргнула и только потом зло зашипела. Попыталась вырваться и не смогла. Я держала ее легко, словно соломенную куклу, и все попытки освободиться ощущались именно так: колыханием травы на ветру.

Княгиня Праги оказалась умной женщиной и быстро перестала дергаться. Поняла, что бесполезно.

— Пей, дорогая. Пей и меняйся. – Я провела ладонью по губам вампирши и улыбнулась, когда ее клыки вонзились в мое запястье. Если бы не волшебная регенерация, на этом месте был бы вечно воспаленный шрам.

Этой ночью я любила своего первого так, что он стонал в голос. Почти умолял о пощаде. Потому что слушаться надо, когда умная жена говорит: едем вместе! А не настаивать на своем и потом по подвалам отсиживаться…