Книга Королевский тигр, страница 87 – Ирина Смирнова

Бездонно-черная тьма его глаз оживила все мои детские ночные страхи. Я цеплялась за мысли о стране, которую спасаю ценой своей жизни, словно за спасательный круг. Пока не поняла, что это как раз камень, который тянет меня вниз, в эту темную бездну. А у моего спасения глаза янтарно-желтые и теплые, как солнце. Они прячутся за густыми пышными ресницами, более подходящими какой-нибудь томной красавице, а не воину. А еще его голос тоже заставляет мое сердце трепетать, но иначе. Совсем по-другому.

— Я уничтожу любого человека или мага, посмевшего посягнуть на мой цветок.

О, как же мне хотелось ехидно-провокационно спросить, что же ждет оборотня, фамильяра, тень… того, кого человеком не считают. Но я промолчала. Просто улыбнулась и погладила Шиятсахира ладонью по щеке. А он сжал мою руку и поцеловал запястье, не отводя взгляда от моего лица. И потом с жаром прошептал:

— Вы поможете мне закончить картину, мой цветочек. И родите мне идеального наследника, владеющего всеми существующими магиями, новыми и древними…

Как же сложно спокойно стоять и улыбаться, глядя в эту черную тьму, когда на самом деле хочется с криком убежать прочь. Но я придавила инстинкт самосохранения, продолжая играть с огнем, дразнить хищника, кокетничать с психопатом…

Пока я не нашла себе надежных союзников, не придумала, как освободиться, не лишая при этом свою страну военной поддержки, а Нефхард – процветания.

Единственный вариант – выйти замуж, сохранив свою магию и заручившись поддержкой советников Шиятсахира, родить наследника и… избавиться от его отца. Тогда я стану регентом при принце и буду править, пока наш… мой сын не повзрослеет.

Потрясающе идеальный и сказочно нереализуемый план.

Главное – не думать о совокуплении ради зачатия ребенка, о поцелуях, объятиях, о том, как именно я сумею уберечь магию, о… о том, что Сандж не позволит мне убить Шията…

И о том, что у меня какое-то умственное помутнение, если на самом деле все, чего я хочу, – быть рядом со своим мужчиной. Пусть даже в шалаше.

Вот только умом я прекрасно осознаю, что это помутнение скоро пройдет, шалаш перестанет радовать, желудок захочет вкусной еды, тело – одежды и тепла.

Так что остается лишь мой сказочный план: замужество с сохранением магии, поиск сторонников, поддержка советников, наследник, регентство… и Сандж в качестве телохранителя и любовника.

— Обязательно, ваше величество. У нас будет удивительно красивый и магически одаренный сын, – так же убедительно жарко прошептала я, приподнимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать Шиятсахира. Только потом, виновато улыбнувшись, извинилась: – Простите, ваше величество, но я очень хочу спать. День выдался трудным.

Глава 39День действительно выдался трудным.

Иногда участвующие в войне мужчины упоминали, что повзрослели после боя, за несколько тяжелых часов, наполненных опасностью и переживаниями.

Я же взрослела все то время, пока жила здесь, неделя за неделей. Набиралась опыта, пропитывалась циничностью, выбирала между покорным послушанием и иными возможностями.

Не знаю, что послужило последней каплей… Разговор с Джиотсаной, после которого стало ясно, что надеяться на их женский заговор не стоит? Или обернувшийся даже незаметно для себя Сандж, ринувшийся спасать меня? Или вот этот диалог с Шиятсахиром о цветках и законченной картине?