Книга Кошмар во дворце, или Исповедь попаданки-невидимки, страница 146 – Lita Wolf

— Тем не менее ещё недавно ты ненавидела нас точно так же, как и тридцать лет назад, — ткнул мне Гертмур – не в качестве упрёка, а как непреложный факт.

— С этим я не спорю! — возразила с такой горячностью, будто, напротив, пыталась доказать обратное. — Но с тех пор многое изменилось, поверь!

— Что именно? — уточнил мужчина заинтересованно – мне даже показалось, что у него имеется какая-то своя версия. Расспрашивать, правда, не стала. Не в моём положении этим заниматься.

— Когда я узнала, что ты оборотень, мир для меня рухнул, — начала с временной точки, разделившей наше знакомство на «до» и «после». — Да, по сути, не изменилось ничего. Но тем не менее в одно мгновение ты стал врагом – так я думала тогда .

— Извини, что перебью, — произнёс Гертмур. — Но если бы ты смотрела на меня как на врага, я бы это пережил. Возможно, даже выслушал бы твои аргументы, попытался переубедить. Вот только в твоих глазах ничего, кроме отвращения, я не увидел.

Мне совсем подурнело. Неужели я так на него смотрела?!

— Наверное, я даже не заметила, как с годами ненависть переродилась во что-то совсем омерзительное, — признала с тяжёлым вздохом.

— Наверное, — согласился мужчина.

— Я не хотела тебя видеть, — продолжила вспоминать. — Не желала даже слышать о твоём существовании. И когда Зар сообщил о том, что ты уехал, решила, что это лучший выход. Так я быстрее тебя забуду.

Однако стереть тебя из памяти не получалось, как ни старалась. Каждое дерево, каждый камень напоминали о тебе. Мне стало тяжело дышать, потому что ещё совсем недавно этим горным воздухом мы дышали вместе.

Всё, что мне оставалось – уехать из этого места. Навсегда. Я думала, в другой обстановке что-то изменится. Это было наивно. Не изменилось ровным счётом ничего.

Тогда я понадеялась, что меня вылечит время. Однако и оно оказалось плохим лекарем. Один день сменял другой, а отчаяние не отступало.

— Можно кое-что уточнить? — спросил Гертмур, дождавшись паузы в моих откровениях.

— Да-да, — закивала торопливо, готовая ответить на любой вопрос.

— Причиной твоего отчаяния было то, что ты меня потеряла или то, что я оборотень?

— Поначалу – второе, — призналась честно. — С этими мыслями я вернулась в Талиссу. Но дальше осознание потери начало вытеснять из моей головы тот факт, что ты оказался оборотнем. Я принялась внушать себе, что это не так – ведь хуже оборотней не существует никого. Но головой можно ненавидеть сколько угодно, а сердцу ненавидеть не прикажешь.

Вот от этой внутренней борьбы мне стало совсем плохо. Сначала я потеряла аппетит, потом сон. Пыталась скрывать своё состояние, но все всё видели, поэтому вскоре вообще перестала покидать покои.

А хуже всего было то, что я чётко понимала – тебя уже не вернуть. Да, можно было разыскать, приехать, поговорить. Но та часть меня, которая упрямо продолжала ненавидеть оборотней, твердила, что это унижение для человека, чьи родные погибли по их вине.

— По нашей вине? — сделал ещё одно уточнение Гертмур, по счастью, проглотив слова про унижение – я знала, что скажу об этом и страшно боялась, что вот тут-то и будет поставлена окончательная точка. — Нет, я понимаю – погибли от нашей руки, — продолжил он. — Но по нашей вине!

— Так я думала до недавних пор, — подчеркнула жирно. — И вообще ты ещё не знал меня прежнюю!