Книга Все дело в кузнеце, страница 132 – Кристина Шефер

— А вы куда-то торопитесь? — спросил староста, вновь окидывая меня взглядом и поглаживая свою бороду. Видимо, он всегда так поступал, когда обдумывал что-то непростое.

— Не то, чтобы, но не хотелось бы вас обременять.

— Вы нас не обременяйте. Всё в порядке. По поводу вашего друга это у Рунды надо спросить, но, думаю, с ногой, если вы двигаться собираетесь пешком, то есть нагрузка будет постоянной, это недели две до полного выздоровления. А если вы о руке и возможности использовать магию, то месяц-два. Но знахарка скажет точнее. Я только предполагаю.

— Ясно. То есть минимум две недели. Что же мне делать? Не могу же я всё это время сидеть у вас на шее.

— А ты не торопись, девочка. Отдохни пока. Завтра сходим к Рунде, там и станет понятно.

А уж чем заняться мы найдем. Деревня у нас хоть и небольшая, но не так уж и далеко от торгового тракта. Как только снег укроет дороги, сюда снова потянется народ. Мастеров у нас много, да не просто мастеров — работы их ценят по всей стране, а некоторые и за её пределами. Проходимость у нас хорошая, всегда есть работа. Скажи, а ты что делать умеешь?

— Да я всё могу. Кем только ни была и не помогала.

— Это хорошо. А душа больше к чему лежит? Кому бы в помощницы пойти захотела?

— Эм… Сложно сейчас уже сказать, — Я растерялась и потеребила лицо руками, пытаясь взбодриться.

Староста не стал меня дергать и пока решил помочь жене, затем отправился по делам. Мне же предложил подумать до завтра над моими предпочтениями.

Но думала я ровно до того момента, как Роза начала готовить обед, а я помогать ей. Сперва я просто помогала с маринованием мяса. Потом предложила испечь к чаю яблочный пирог. Благо оказалось, что в деревне многие держат яблони и половина подвала завалена яблоками.

Я сделала песочное тесто, распределила его по форме. Затем, пока форма выпекалась, почистила и нарезала на тонкие пластинки яблоки. Когда форма была готова, выложила яблоки в форме розы. Поставила запекаться начинку. Пока она доходила, сделала карамель из сахара, масла и молока. Залила ею начинку и поставила доходить ещё на несколько минут.

Обед получился прекрасный. Тушёное мясо с картошкой и овощами в горшочках и на сладкое пирог.

Пирог удался. Давно я такой не делала. Вообще в последние года крайне редко удавалось таким заниматься.

— Знаете, Вальм, я поняла, чем бы хотела заниматься это время. Если, конечно, у вас найдется, где этим заниматься.

— И чем же? — спросил староста, отламывая ещё кусок от четвертого по счету куска пирога.

— Я бы хотела готовить. А ещё лучше печь, стряпать. Всегда это любила, но возможности не было.

— О-о! А это отличная идея. Да и получается у вас отменно. Давайте я к ужину позову Лене. Это владелица трактира. Вы испеките ещё что-нибудь, чтобы она попробовала. Так и договоритесь, если подойдёте, конечно. Насколько я знаю, у них не так уж и много в меню сдобного — только штрудель и хлеб. Она бы с удовольствием передала эту работу кому-то и расширила бы ассортимент.

Так и поступили. К ужину я испекла уже другой пирог, с орехами и ягодами.

Лене оказалась рослая розовощекая женщина лет тридцати. С длинными черными косами до талии. Не такими шикарными, как у знахарки, но тоже впечатляющими. Лицо у нее было приятное, но обычное. Глаза серые. Но она совершенно преображалась, когда открывала рот и начинала разговор. Мне редко встречались настолько располагающие к себе люди. Говорила она мягким, спокойным, чарующим голосом, от которого ты даже как будто успокаиваешься, говорить становится легче. Кажется, что эта женщина в любом случае может понять и помочь. Потрясающе. В чем я ей и призналась. На что она переливчато рассмеялась и призналась: