Книга Все дело в кузнеце, страница 34 – Кристина Шефер

— Я не могу уйти. Папы больше нет, а граф не даёт вернуться к дедушке с бабушкой.

— Ясно, — произнесла она и вгляделась в лицо, рассматривая что-то. Затем вполне доброжелательно улыбнулась лёгкой мягкой улыбкой. И произнесла, как бы говоря мысли вслух: — Судя по ауре, в тебе разбудили нашу кровь. Это он верно сделал. Аккуратничает, заботится по-своему. Если бы он так не сделал, ты бы могла уже умереть. Скорее всего, этому он уже на других научился. Я права? — подвела она итоги и со злостью сузила глаза. А я кивнула.

— А вот с матерью этого он не сделал. Она слишком стара для такого, — на последних словах она уже злорадно усмехнулась. — Но и ты, девочка, долго с его играми в бога не проживёшь. Может несколько лет. И то если повезёт.

К нам тихо подошёл сатир, который стоял совсем близко к нам и все слышал. Наклонился к нимфе и спросил:

— Светлейшая, что вы хотите от девочки?

— Ничего не хочу от нее. Я решила ей помочь. Мне понравилась, какая храбрая она была и мне чудится, что позже это будет благом и для нас.

— Что вы имеете ввиду?

— Не важно. Это скорее интуиция. Ничего определенного, — она отмахнулась от мужчины и посмотрела мне прямо в глаза. Эти зелёные глаза такие прекрасные. С мелкими крапинками коричневого и жёлтого. Показалось, они затягивают меня в эту зелень, в этот шелестящий лес, где покой и свобода.

Наваждение продлилось пару минут, а потом я очнулась. Нимфа всё ещё стояла передо мной и улыбалась. Я моргнула пару раз и потеряла глаза кулачками, совсем как маленькая девочка. Затем смутилась своим действиям. И это перед взрослыми! Тем более перед иностранкой, представителем высших родов! Как маленькая!

— Не смущайся, дитя. Это нормально. Так действует передача силы.

Услышав последнее предложение, я замерла и с недоверием уставилась на нее. Как это?! У нас магия совсем разная. Это невозможно.

А она, будто отвечая на мои мысли, произнесла:

— Это возможно. Воспользоваться этой силой ты не сможешь, но она уже впитывается в твою ауру. Через несколько дней приживется.

Это даст тебе большую сопротивляемость вредоносному влиянию. Но выжить тебе это не поможет. Спасти тебя могут только твои собственные действия. Так что думай и ищи выход из ситуации, в которую ты угодила, дитя.

— Спасибо, — хрипло поблагодарила ее. На что нимфа, вставая, улыбнулась и кивнула.

— Нам пора, дитя. Не думаю, что мы ещё увидимся. Хотя… кто знает. Береги себя.

— Хорошего пребывания вам в нашем государстве и лёгкой дороги, Светлейшая, — произнесла я напоследок, но они всей толпой уже развернулись и скрылись за поворотом.

А я снова потеряла лицо ладонями и подскочила. Родители, должно быть, меня потеряли. Огляделась, со мной остались те два охранника, что нас охраняли с самого начала. Хорошо. Значит, не потеряюсь.

— Пойдемте обратно к карете, — обратилась я к ним. В ответ они кивнули, и мы все вместе пошли на выход с ярмарки.

Карета стояла все там же. Матери видно не было. А вот граф расхаживал взад-вперёд перед дверцей и кого-то высматривал. А увидев меня, остановился и воскликнул:

— Ну наконец-то! Садись. Поехали. Нагулялись уже.

Стоило мне сесть, он тоже запрыгнул в карету и постучал тростью по стенке позади него. Мама и Люк оказались уже внутри. И если Люк выглядел довольно и читал какую-то книжонку, то мать выглядела не очень. Глаза распухли, красные. Видимо, отчим выговаривал ей, пока меня не было.