Книга Все дело в кузнеце, страница 62 – Кристина Шефер

— О, Светлейшая! Как же я люблю шалить. Может, ещё что-нибудь устроим?

— Делай, что хочешь, только не во вред девочке.

— Понял. Принял, — довольно закивал малыш. Подлетел, проверил сколько вина осталось в кувшине и с поклоном удалился из шатра.

Нимфа же почуяла неладное и тоже заглянула в кувшин. Выругалась. Он оказался пуст.

— Ах, он сын дохлого мухомора! Знал, потому и смотался так быстро. Тц! — но, чуть успокоившись, добавила: — А… ладно, все равно задание уже получил. Пусть летит и работает на благо меня и моих развлечений.

После этого она немного просидела и уже почти как-будто трезвым взглядом начала изучать документы. Пришлось кашлянуть, чтобы привлечь к себе внимание.

— Ох, черт! Напугала! — она схватилась за сердце. — Я забыла, что ты ещё здесь. Тебя надо помыть, переодеть и вообще спрятать так, чтобы никто не узнал, что ты у нас.

И, не размышляя ни секунды, резко крикнула в полу шатра:

— Титус, позови Фантиса.

— Да, моя госпожа, — послышалось с той стороны. Он там что, вообще постоянно?

Я напряглась, ожидая ещё одного чудика. Но минут через десять в шатёр вошёл молодой худощавый подросток—сатир. Волосы короткие, кудрявые, фиолетовые. Глаза светящиеся, тоже фиолетовые. Шерсть на ногах светлая, с фиолетовым отливом. В руке он крутил флейту. Парень уже, должно быть, что-то услышал, так как только зашёл, впился в меня взглядом с таким любопытством и озорством в глазах, точно никогда людей не видел.

— Ты звала, мама? — спросил он, не отрывая от меня взгляда.

— Да, Фантис. Придумай, как её изменить так, чтобы она затерялась среди нас и не вызвала подозрений.

— Что может быть проще! — воскликнул сатиренок и, суетливо покрутившись вокруг, замахал руками, произнося что—то.

— Ну, как тебе? — спросил он через пару минут. Нимфа окинула меня взглядом и скривилась.

— Нет. Подростков, кроме тебя, у нас нет. Если кто заинтересуется, поймут. А детей в поездки почти не берут. Сам знаешь.

— Хм… тогда так? — он снова замахал руками и отступил. — Как тебе?

— Ээ… знаешь, а неплохо. Хороший вариант. И вопросов будет немного.

Он кивнул и подвёл меня к гигантскому закрытому цветку, который рос сбоку, прямо из основания шатра. При нашем появлении лепестки раскрылись, и я увидела самое настоящее зеркало в плетеной цветочной раме. Из отражения на меня смотрела пожилая нимфа с морщинами и седыми волосами. Чуть низковатая, но это можно списать на возраст. Я возмутилась. Да и вообще, вы когда-нибудь видели пожилую нимфу? Что я у них и спросила.

— А что вы не встречали? — слегка ошарашенно спросил паренек.

— Нет. Мы ни разу не видели никого старше твоей матери. Мало того, уж простите, она самая взрослая из тех, кого мы видели. И это не только мои слова.

Эти два создания после моего объяснения застыли памятниками самим себе и совершенно одинаково наклонили головы, глядя на меня.

— Подросток так подросток, — выдала нимфа.

А мальчик снова замахал руками.

Через ещё две минуты на меня из зеркала смотрела молодая, но уже вполне зрелая нимфа. Волосы из коричневых превратились в синие, глаза стали почти черные и черты лица неуловимо изменились. Нос стал тоньше и аккуратнее, губы меньше и полнее, кожа белее и как-будто светилась изнутри. Вот это да. Ещё в целом черты стали немного более хищные. Это чувствовалось, где-то на уровне интуиции, хоть я и выглядела словно хорошенькая куколка. Спросить, а куда делся подросток, я не успела.