Книга Все дело в кузнеце, страница 94 – Кристина Шефер

Хорошо, что заколку я давно сняла, чтобы не выделяться и припрятала в отдельном тайнике.

Итак, я выжила, случайно. И как только они осознают свою ошибку, придут снова. Правда скорее всего уже не те же самые люди, т.к. защита Обители на нас распространяется. Но от того же «хозяина». Даже в Обитель лучше не возвращаться. Если кто-то заметит, что я заходила, то и преследователи узнают, что я жива наверняка. Нужно уходить и прямо сейчас. Пока ещё сестры спят, а встают они очень рано.

Кстати, это что же получается? Сразу после ритуала графа я полностью восстановилась и ожила через час, сейчас же в меня попали несколько стрел, но для воскрешения потребовалось значительно больше времени, судя по тому, когда я выбралась. Нас убили еще днём, а вот очнулась я уже ночью. Получается заняло это часов десять — двенадцать. Действие ритуала действительно ослабевает.

С этими мыслями я побежала к кладбищу.

Под первым кустом деньги оказались на месте, под вторым же нашли. А вот в ограде все оказалось на месте, включая заколку. На второй тайник в ограде я потратила добрых полчаса долбежки тяжёлым камнем, который нашла на земле, и корябанья ножом. Но в итоге он все же поддался. В этом месте лежала основная часть денег. Именно по той причине, что сдвинуть его очень сложно и, если не знать наверняка, догадаться невозможно.

Вымылась я в ледяном ручье в лесу, недалеко от кладбища. Больше вариантов не было, а идти надо. Холодная вода буквально обжигала, но я терпела и оттирала тело, продирала волосы от земли и глины.

А ещё меня начало мучить чувство вины. Ведь, если бы не я и не моя дружба, Жюли была бы жива. Да и аббатиса тоже с ума сходить будет. За эти года она мне почти матерью стала.

И почему забрали голову, а не только палец? Тогда я этого не понимала и была просто в ужасе. Эта картина стояла перед глазами. А вот теперь, понимаю четко. Они уже тогда знали как на меня повлиял ритуал и так были уверены, что я не оживу только так. В этом и была причина такой жестокости.

Уходила из полюбившихся мест я уже ранним утром, нарядившись мальчишкой. Идти решила лесом, так безопаснее. Заблудиться я не боялась. Места эти знала хорошо, да и уроки дервайнцев не забыла. Карту этих мест я примерно помнила.

Колокол зазвонил, когда я была уже достаточно далеко. Я понимала, что это монахини спохватились нас, оттого было ещё больнее слышать этот отчаянный звон. Сердце разрывалось от того, что я даже попрощаться не смогла. Но перед тем, как уйти я все же дошла до той норы с ходом и повернула держатель для факела, тот, который на выходе. Надеюсь, аббатиса поймет, что это я так дала понять, что ушла и со мной все хорошо. Жалко было бы такой груз вешать на плечи старушки. За эти годы аббатиса сдала, постарела, хоть и держит Обитель в своих стальных руках как раньше. Но сейчас многие дела уже передала Мари. Чувствую ещё лет пять, и она окончательно передаст все дела помощнице.

Я продвигалась все дальше на северо-запад, уверенно огибая все населенные пункты. Заходила в них только если еда была уже на исходе совсем. Через месяц, значительно удалившись от Обители, я решила, что уже можно быть менее подозрительной и купить место в дилижансе.

У нас по стране ходят такие вытянутые повозки. Они возят людей, которые не могут позволить себе купить или снять целиком карету. В них ты платишь за сидячее место до определенного места назначения. Народу набирается до восьми человек. На крышу укладываются чемоданы путешественников. Так и путешествуют. Крайне удобный способ, который мне идеально подходил.