Книга Дочь Мидисы, страница 104 – Кристина Шефер

Я закрыла глаза от страха.

Земля ушла из-под ног. Сердце билось где-то в горле, пальцев не чувствовала. Вообще уже ничего не чувствовала. Падаем… падаем… падаем… и вот земля!.. нет сейчас… вот сейчас… Я так мало пожила!!! Ещё и не любила ни разу! Как же страшно умирать! Мой истеричный визг разлетелся над ущельем, но стыдно мне не было.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

— Ненавижу-у-у-у-у-у!!!

— А-а-а-а-а-а-а!!!!!

Резкий толчок вверх, от которого чуть не прикусила язык. Это взбодрило. Но земли так и не было. Если уж умирать, то приближение земли видеть не хочу. Зажмурилась ещё сильнее. Умирать не хочу. Проходили секунды, минута и ничего.

Как это? Где земля?

Я открыла один глаз. Обалдев, открыла второй. Шок.

Это такая красота! Невероятно. Неописуемо красиво. Впереди все ещё поднималось солнце между облаков. Его лучи освещали редкие кустарники, ещё более редкие деревья, горы и площадки с травой. Все казалось таким крохотным, игрушечным. Так много неба с облачками, светом, просвечивающимся между ними и тающими в рассветных лучах звёздами.

— Я вас ненавижу! — повторила уже спокойнее глядя вперёд.

— Это мы уже слышали! — в голос довольные возвестили эти двое.

— Вы больные? Почему не предупредили?

— И лишиться такого представления? Ни-за-что! — гоготали ещё громче.

— Я думала все, смерть пришла.

— Без нас бы и пришла, а так не боись. Мы все контролируем!

Точно больные. Успокоившись, я начала рассматривать, а как, собственно, летим? Колин летел в центре, держался обеими руками и периодически отрывал одну и дёргал за одну из веревок спускающиеся прямо ему в руки. Это стягивало купол с одной из сторон и поворачивало конструкцию. Руки заняты — значит, не магичит. Летим на природном ветре. По крайне мере пока. На руке, на его повязке, появилось кровавое пятно. А даётся ему это не так легко, как рвется показать. Надо бы посмотреть, шов мог разойтись. Купол выглядит как зауженный к краям прямоугольник ткани на деревянном каркасе, от которого опускается ручка. И за которую мы, собственно, и держимся. Тело поддерживают тросы, привязанные к ремням, что опутывают мою талию и ягодицы так что мы прямо лежим в веревках. Руками держимся за ручку, должно быть, для баланса. Чтобы не болтаться. И анализируя всю конструкцию, пришла к выводу, что это все заранее было спланировано. Приглядевшись, я поняла, что ремни, что они привязали на меня, это те кожаные ремешки, что я прошивала для них, когда они лодку мастерили. Ясно.

Через минут тридцать от силы горы сменились каменными глыбами и степью. Начали встречаться животные. Даже стада парнокопытных. Это олени? В живую я их не видела. А мы все летели и летели. От нас по земле плавно скользила тень.

Я наслаждалась полетом, посмотрела назад — мы уже отлетели далеко. Горы казались сплошной отдаляющейся стеной позади. Так это сколько бы мы спускались?

Далее летели мы ещё достаточно долго. Я стала замерзать. Ветер бьет в лицо, развевает одежду, глаза слезятся. Здесь в принципе намного холоднее, чем на земле. Приземлились незадолго до заката.

Меня потряхивало от холода. Никак не могла согреться. При приземлении я хорошо отбила себе все заднее место и перекатилась по камням, но больших повреждений не было. Да и одежда так и осталась та, что уже порвала при предыдущем приземлении. Ребята в этот раз приземлились намного удачнее. Видимо все же сказывается опыт.