Книга Второй шанс для тирана. Том 4, страница 29 – Саша Белова

Аня сидела слева от дочери, придерживая на коленях большую картонную коробку из дорогой кондитерской — по пути мы заехали за пирожными, чтобы отпраздновать триумф нашей феи.

Я сидел справа. Всю дорогу ловил себя на том, что просто не могу оторвать от них взгляд. Я смотрел на профиль Ани, освещаемый скользящими бликами уличных фонарей. На ее губах застыла расслабленная улыбка. Она поправила выбившуюся прядь волос Сони, затем подняла глаза и посмотрела на меня поверх головы дочери.

В этом взгляде не было ни капли прежнего напряжения. Только тепло. Мы разделили этот молчаливый зрительный контакт, и я ответил ей такой же открытой, счастливой улыбкой. Мы были командой. Были родителями, возвращающимися с праздника.

* * *

Квартира встретила нас привычной тишиной, которая теперь казалась не пугающей, а уютной. Волшебное платье было бережно снято и повешено в шкаф, букет занял почетное место в самой большой хрустальной вазе на кухонном столе. Мы сели ужинать.

Над столом горел теплый свет абажура. Аня заварила свежий чай с чабрецом, мне сделала кофе. Мы открыли коробку с пирожными — эклеры, тарталетки с ягодами, воздушное безе.

Соня, переодетая в пижаму, оживилась от сладкого. Она болтала ногами под столом и, активно жестикулируя надкусанным эклером, в десятый раз пересказывала нам, как мальчик-медведь чуть не споткнулся о картонный пень, и как громко мы хлопали.

— А вы видели, как я палочкой взмахнула? Прямо вот так — вжух! И музыка заиграла! — ее глаза горели восторгом.

— Еще бы мы не видели, — я отпил кофе, с улыбкой глядя на дочь. — Это был самый профессиональный «вжух» в истории магии. Я уверен, зима испугалась и убежала на северный полюс именно в этот момент.

Аня тихонько рассмеялась, прикрывая губы рукой. Но батарейка маленькой актрисы все же садилась. Спустя десять минут Соня начала откровенно зевать, потирая кулачками глаза. Ее голова то и дело норовила опуститься на стол.

Аня с нежной улыбкой покачала головой и начала отодвигать свой стул.

— Ну все, моя фея, магия на сегодня закончилась. Пора в кроватку, пока ты не уснула прямо в тарелке. Пойдем, я тебя умою и...

— Сиди, — мягко, но уверенно перебил я, поднимаясь из-за стола.

Аня удивленно посмотрела на меня. В прошлом Максим никогда не занимался такими «женскими» обязанностями, как укладывание ребенка.

Я подошел к стулу Сони, наклонился и легко подхватил полусонную дочь на руки. Соня инстинктивно обхватила меня за шею ручками и мгновенно опустила голову на плечо, забавно засопев прямо мне в ухо.

— Я сам, — тихо добавил я, глядя Ане в глаза. — Отдыхай. Ты тоже сегодня переволновалась.

Аня замерла, ее руки опустились на колени. В глазах промелькнуло что-то невероятно теплое, глубокое. Она просто кивнула, провожая меня взглядом.

Я понес Соню по коридору. Она казалась такой легкой, такой хрупкой. Я чувствовал биение ее маленького сердца прижатого к моей груди. В детской горел неяркий ночник. Я аккуратно опустил дочь на матрас, накрыл ее одеялом до самого подбородка. Соня так и не проснулась, лишь что-то невнятно пробормотала во сне и свернулась калачиком.

— Спокойной ночи, мышонок. Папа рядом, — едва слышно прошептал я, поправив одеяло, и на цыпочках вышел из комнаты, оставив дверь чуть приоткрытой.