Книга Снегирь, страница 3 – Рэй Харт

— Дай ключ зажигания, — сказал я.

Она уставилась на меня с подозрением и опаской.

— Ты же сказал, что не умеешь чинить.

— Не умею. Но в двигателях кое-что понимаю. Этот мотоцикл, я сам собрал. Видела, что за зверь? Моя гордость.

Она помедлила, посмотрела на мотоцикл, потом на меня, потом снова на мотоцикл. Что-то в её взгляде изменилось — недоверие сменилось любопытством. Потом она бросила мне ключи.

Я поймал их на лету, сел за руль, повернул зажигание, послушал. Двигатель чихнул, кашлянул, пару раз дёрнулся и заглох.

— Карбюратор, — сказал я, вылезая. — Или бензин кончился.

— Бензина полно, я только залила. Чек дали на заправке, лежит в бардачке, могу показать.

— Тогда карбюратор. Могу попробовать покрутить винты, но не факт, что поможет. Если дело в засоре, одной регулировкой не обойдёшься.

Она вздохнула, вытерла лоб тыльной стороной ладони, оставляя на нём тёмную полосу. Так забавно, она не заметила, что испачкалась.

— Делай что хочешь. Всё равно хуже не будет. Если мы тут сгинем, я напишу в завещании, что виновата судьба и отсутствие мобильной связи.

Я усмехнулся.

— Оптимистка.

— Реалистка, я.

Я провозился с полчаса. Она стояла рядом, иногда подавая инструменты, иногда просто молча смотрела, как я работаю. Я чувствовал её взгляд на своей спине, на руках, на том, как я сосредоточенно кручу отвёртку, щупаю провода, слушаю, как урчит мотор. Это было странное чувство — не неловкость, нет. Скорее, лёгкое покалывание под кожей, как будто кто-то невидимый водил пальцем по моему позвоночнику.

— Откуда ты? — спросила она наконец, нарушая тишину.

— С Москвы, но учусь в Питере. К тётке на дачу еду. А ты?

— А я тут живу. Ну, не здесь, а рядом. На даче у отца. Он у меня бизнесмен, любит природу, но сам почти не появляется. Так что я тут главная.

— Сама? — удивился я.

— С поварихой и домработницей. Не совсем дикое выживание. Но скучно. Жутко.

— А друзья?

— Друзья в Москве. Летом разъезжаются кто куда. Ленка, лучшая подруга, сейчас в Турции, зависает с родителями. Так что я одна. Как Робинзон Крузо, только без Пятницы.

— А я, выходит, Пятница? — усмехнулся я.

— Посмотрим, — сказала она, поджав губы, но в глазах заплясали смешинки.

Двигатель завёлся с пятой попытки. Она радостно вскрикнула, хлопнула в ладоши — звонко, как ребёнок, — и я впервые увидел её улыбку. Широкую, открытую, с ямочками на щеках. И в тот момент я понял: я пропал. Не в смысле «влюбился с первого взгляда» — нет, это было нечто другое. Мне просто захотелось увидеть эту улыбку снова. И снова. И снова.

— Ты гений! — объявила она.

— Нет, просто везучий. И упёртый.

Она закрыла капот, стряхнула пыль с колен, подняла с земли сумочку и бумаги.

— Слушай, а ты не мог бы меня проводить? Я тут заплутала немного, навигатор не работает. Говорит «нет сигнала», а я без него как без рук.

— Куда тебе?

— Там недалеко, за тем лесом. Мой деревянный дворец, — она запнулась, на секунду замолчала.

Почему она попросила её проводить если машина в порядке, и сказала, что ехать совсем недалеко? Интересная такая.

Я посмотрел на лес, на её растерянное лицо, на мотоцикл, который уже ждал меня. У тётки я не был с прошлого года, и она, наверное, заждалась. Но её глаза — эти голубые, прозрачные, как горный ручей, глаза — смотрели на меня с надеждой.