Книга Обучение магии, страница 30 – Любовь Фомина

— Я… Жива, — словно совершив открытие, произношу я, не веря своим словам. Это ведь значит только одно. Еще целый год мне здесь находиться, пока не начнется спасательная операция по возвращению меня в родной мир. А что мне там делать, спустя столько времени? Будет ли еще квартира, что станет с отцом без меня? А работа? Мою трудовую книжку точно выбросят, если не сделали этого уже. И где тогда экстренно брать деньги, не влезая в огромные долги?

— А не должна была? — С подбадривающей улыбкой произносит Инир ре, выбивая меня из собственных мыслей и переживаний.

— Все могло случиться.

— Расскажешь?

— А я могу тебе доверять? — С прищуром говорю я, но улыбка невольно проступает сама собой.

— Разумеется, — склоняет Инир ре голову набок, и с теплотой смотрит на меня.

— Когда только доставили меня сюда, то не могли понять, что у меня вообще с магией. Она никак не прослеживалась, не определялась. Для адаптации и выживания в этом мире, как мне сказали, ее попросту могло не хватить. Мне дали два дня. Ну как дали… Если бы все пошло неправильно, то еще несколько часов я бы исчезла из этого мира. Хотя насчет правильности я тоже сомневаюсь. Но я жива, и теперь мне предстоит еще год жить в этой Академии, чтобы потом смогли отправить меня обратно.

Видимо, я успеваю взболтнуть лишнего. Глаза Инира ре тотчас тускнеют, грусть проступает сквозь улыбку, застывшую на лице, а голова его падает вниз.

— Ты… собираешься домой? Тебе здесь не нравится? — Тихо спрашивает он, словно боясь получить ответ.

— Дело не в самой Академии, или, например, в тебе. Просто пойми, я из другого мира, мне уже поздно становиться здесь кем-то. К тому же за свою жизнь я так устала от учебы, что хочу уже спокойной жизни, в которой буду ходить на работу, возвращаться уставшая домой, наслаждаться этим состоянием, расслабляясь на кровати и мечтая о поездке на море. Я этой жизни хочу, а не возвращения к преподавателям, урокам и оценкам.

— Знаешь, я надеялся, все будет иначе.

— Понимаю.

— Но зато у нас есть год. Постараемся провести его весело, — с надеждой произносит Инир ре.

— Посмотрим, — пожимаю я плечами. — Я не привыкла загадывать. Жизнь порой так непредсказуема.

Вечереет. Солнце давно зашло за горизонт, а мы с Иниром ре все ходим по дорожкам вокруг Академии и разговариваем ни о чем, но в то же время обо всем. Он рассказывает о себе. Оказывается, Инир ре — эльф. Он из обычной семьи по меркам даже моего мира. Его родители, переводя на понятные мне профессии и занятия, занимаются фермерством, только эльфийским. Они выращивают кристаллы, которые потом идут на продажу и дальнейшую обработку под нужды тех или иных чар. У Инира ре нет братьев или сестер, ему двадцать шесть, и в Академии он учится уже третий год. В общем, я узнаю общую информацию, которая мне на самом деле и не нужна. Это скорее обычный дружеский разговор. Правда, односторонний. О себе я говорю куда меньше. Молчу про родителей, условия, в которых жила, как попала в этот мир. Но от этого наш разговор не становится хуже. Возможно, это только мне так кажется, но раскрываться я не спешу перед каждым встречным. Прошлая жизнь оставила вполне ясные отпечатки, как делать не стоит.

Становится прохладно. Я начинаю обнимать свои руки, покрывшиеся мурашками, а Инир ре замечает это. Он тут же останавливается.