Онлайн книга «Свидетель»
|
Домохозяин потоптался вокруг колодца, потрогал огромный ржавый насос. Поплевал на руки, крякнул, нажал на рычаг. Посыпалась ржавая крошка. Попробовал дожать. — Вхыыыы… Вхыыы, — скрипуче и безрезультатно заныл механизм. Валерий Саныч сдался, обтер ладони о джинсы, пробурчал: — Да, этого и стоило ожидать. Интересно, как водопровод в доме устроен? Бочка под крышей? Мужчина принялся подниматься на крыльцо. Доски тут же заскрипели, пошли волнами. Перила под мясистой ладонью заходили ходуном, и домовладелец отдернул руку. Крыльцо обрело голос: казалось, ступени пытаются сказать какое-то слово. «Высст, высст», — пело при каждом шаге. «Оооо-виии!» — дополнила дверь. Внутри неожиданно оказалось просторно и светло, даже в наступающих сумерках. Валерий Саныч очутился в большой зале с остатками росписей: вдоль потолка лентой вились, затейливо сплетаясь, усики гигантской земляники, а в простенках красовались сказочные птицы. Потемневшие витые деревянные колонны держались прямо и гордо, прикидываясь гигантскими косами от пола до потолка. Валерий Саныч погладил одну, и тут же, ойкнув, поймал занозу. Вытащил зубами. Перед глазами возникло странное мельтешение: фантазия подкидывала то барышень в светлых платьях, играющих между этими колоннами в салочки, то ухмыляющегося художника, со стремянки выводящего земляничный узор, то семейство в обширной столовой, лакомящееся из хрустальных розеточек крыжовенным вареньем. Валерий Саныч потряс головой. Придумается же! Ну да, неудивительно, в этакой-то старине… С сомнением подошел к лестнице, ведущей на второй этаж, покачал столбики перил, посмотрел на темнеющий проем и решил от греха подальше не лезть. Нашел помывочную. Чугунная ванна даже сейчас выглядела добротно, лишь покрытие посерело от времени и покрылось мельчайшей паутинкой, но все еще держало форму. Попытался покрутить краны, но они приржавели насмерть. Постучал, слушая тягучий звук. В сливе что-то булькнуло. Валерий Саныч удивился — неужели его попытки прокачать насос подействовали? Снова стукнул. В сливном отверстии надулся водяной пузырь, лопнул, еще один, и еще. Забурлило фонтаном, выплевывая звуки: — Брлвосст… тан… вииии! — Воооост… анннн… вииии! — загудело в трубах. — Чо?! Валерий Саныч шлепнулся на затертый кафель. — Чо? Ну здрассьте, глюки подъехали! Какое «восстанови»? Зашкворчало в лампе под потолком. Свет неожиданно включился, несмотря на разбитую колбу. Замигал, погас, снова зажегся. От железной обрешетки светильника на стены легли клетчатые тени. Хлопнула дверь, осыпавшись чешуей старой краски. Валерий Саныч тут же подскочил, дернул — безрезультатно. — Вооостаноооовииии! — снова загудели трубы. — Да ну тебя на хрен! — заорал мужчина. Два раза дал по двери ногой, затем, отшагнув для разгона, все-таки выбил плечом из трухлявого косяка, вывалился в пространство коридора, залитое электрическим светом и ходившее ходуном. Вспомнив молодость, грузно кувыркнулся, кубарем докатился до входной двери, тоже закрытой, повторил фокус с плечом и рухнул с крыльца. Отбежал, оглянулся. Особняк, казалось, нависал над новым хозяином, кренился вперед. Везде на первом этаже мигал яркий свет. Хлопала дверь, внутри гудело все то же: — Вооос-ста-нвииии! — Ты ошалел? — заорал владелец в ответ. — Какое «восстанови», трухлятина? Это ж сколько деньжищ на тебя уйдет? Я что теперь, на твои доски жизнь работать буду? |