Онлайн книга «Будь моей сестрой»
|
Окончательно и бесповоротно рассвело. В Нефтегорске он бывал лишь раз – два года назад, когда приехал умолять Таню вернуться с Женькой в Южный. Но у нее там был кто-то, наверное… Он помнил, что поселок ютился в стороне от дороги, но зданий Сергей не увидел. Равнина лежала громадной пыльно-серой простыней, под которой было спрятано нечто безумно важное, и над равниной стояли темные столбы дыма, висело низкое бесцветное солнце. И в эту равнину не хотелось, от нее тянуло холодом и болью. Предчувствием горя, от которого нельзя убежать. Команда прозвучала как избавление: «По машинам», – и снова лампочка дрожит под потолком, и небритые скулы соседа, как будто ставшего за эти несколько часов родным. Все мужики словно стали своими, как бывало тогда… когда его ждали, когда он спасал. — Слышь, – он толкнул в колено задремавшего соседа, – а ты где служил? Юра приподнял бровь, разлепляя веко, взглянул на Сергея одним неподвижным глазом, бледным, чужим. И снова закрыл, ничего не ответив. «Не время» – снова пронеслось в голове Сергея, до места ехать совсем ничего, последние минуты отдыха. Под теплый скрежет вахтовки и отеческий рокот старого движка. Последние минуты прежней жизни. Жизни до. Он тоже закрыл глаза и мгновенно погрузился в теплую дрему. Что бы ни случилось дальше, пусть оно пока там и остается, пусть подождет. Еще успеет его убить. Нет, жизнь не прощает обмана, даже если поверить, что обманул всех, включая себя. Они прошли в большую палатку, походившую скорее на старый помятый дом из стихотворения Есенина: «Низкий дом без меня ссутулится, старый пес мой…» Внутри горели желтые лампочки, стрекотал генератор, под ногами, в размокшей земле, лежали доски. Вокруг суетились, бегали, ругались, протягивали какие-то провода, носили коробки. Палатка оказалась меньше и теснее, чем выглядела снаружи. Сергею сделалось душно. Воздух загустел, каждый вдох словно уменьшал свободное пространство, его место для жизни. Будто своими вдохами он отнимал воздух у тех, кто сейчас под завалами. Им нужнее, им каждое движение дается с трудом и может быть последним. Зачем они толпятся здесь? Почему ничего не делают? Прячутся в этой тесной, мрачной, вонючей тряпке. Он оглянулся. Мужики из вахтовки стояли рядом, из угла с мешками говорил командир. Вид у него был такой, словно он только что вынырнул из тяжелого сна: черные скулы, красные глаза, тревожный взгляд, слипшиеся на лбу волосы. Раскатистый голос его загудел над головами, словно гроза, то пробиваясь сквозь мысли Сергея, то прячась в них, заглушаемый трескотней техники. Все, что рассказывал майор, Сергей знал, отлично помнил, но инструкция была обязанностью, ритуалом… Это не сель, не затопление, не пожар, не смерч и не цунами – Нефтегорск разрушило землетрясение. Ночью, за семнадцать секунд, полностью. В поселке проживало более трех тысяч жителей, а сейчас вокруг, сколько хватало взгляда, лежали руины. Их рваные края дымились и скрежетали, хрустели под сапогами спасателей и стонали жуткими человеческими голосами. — …это позволит нам услышать тех, кто еще жив… – пробились в сознание Сергея слова командира. – На это время следует прекратить все действия и сосредоточить внимание на определении источника звуковой информации… |