Книга Клювы, страница 62 – Максим Кабир

Вилма наотрез отказалась прятаться в подземелье:

— Да получаса не пройдет, как кто-нибудь из этих доходяг уснет. Я не хочу сидеть в подвале с потенциальными убийцами.

«Мы все, — невесело подумал Филип, — потенциальные убийцы».

Для человека, не спавшего сутки, Вилма держалась отлично. Разве что часто чесала шею и веки.

Камила засунула за пояс нож, а вот Филип отказался от оружия вовсе.

— Бери, бери, — говорил ему у перевалочного пункта курчавый официант с внешностью Аполлона.

— Спасибо, я пас.

— В смысле? — заморгал официант.

— Я — старый хиппи. Вудсток, Джим Моррисон, Эми Уайнхаус. Сечешь?

— Босс, — повернулся парнишка к Радеку Адамову.

Тот приблизился бодрой походкой:

— Что тут у нас, Томаш?

— Он отказывается от багра.

— Я не собираюсь никого бить, — сказал Филип вежливо.

Адамов смерил его холодным взором:

— Ну и какого черта ты идешь с нами?

— Это свободная страна.

— Да ну?! — осклабился Радек. Поколебался и махнул на чудака рукой.

Сейчас Адамов обсуждал что-то с официантом и темноволосым поваром.

— Как бы не пернул от самодовольства, — прокомментировала Камила. — Знаете, кем он работает? Администратором казино. Долбаный жулик.

Филип намеревался вставить колкость, но его перебили. Автоматчик сбежал по лестнице с верхнего яруса ворот.

— Они подходят! Их там сотни.

Филип почувствовал хватку Вилмы на своем плече.

— Полная боевая готовность! — подобрался Адамов. Его армия забряцала нехитрым арсеналом.

— Я на минуту, — высвободился Филип из цепких пальцев Вилмы.

— Не оставляй меня! — запаниковала она.

— Будь с Камилой.

Филип зашагал по насыпи к заросшей травой вершине стены. Лунатики двигались со стороны Панкрацкой площади. Бесчисленная орда маршировала в одуряющей тишине. Пижамы, грязные бюстгальтеры, пеньюары.

Он подумал, что точно так же пражане пятнадцатого века шли завоевывать Вышеград. С вилами, косами и ножами. Помимо садово-кухонных принадлежностей Филип приметил парочку бензопил, протез ноги, используемый вместо дубины, и что-то похожее на бур. Кожа мгновенно покрылась липким потом.

Кто-то пихнул локтем — Филип съежился. Увидел улыбающегося Рона. Тот предлагал ему абсент.

Ракшасы встали у крепостных стен. Хвост их армии терялся за поворотом.

«Они нас чуют, — с ужасом подумал Филип. — Знают, что мы провинились, что мы не спим. Но как это возможно?»

Ракшасы таращились на ворота мутными глазками. Одного их вида было достаточно, чтобы посеять смятение в стане защитников. Трое из добровольцев, побросав багры, кинулись наутек и исчезли в глубине Вышеграда. Двое, помешкав, последовали за ними.

— Трусливые черви… — процедил Адамов. Он залез на стену и взирал вниз. Воздух потрескивал от напряжения.

— Эй вы! — Радек взвесил на ладони булыжник. — Вы недостойны называться чехами!

Он метнул камень в толпу. Спящая женщина повалилась на дорожку, обливаясь кровью.

— Солдаты! — крикнул Адамов. — Угостите ребят свинцом!

Военные, к досаде администратора казино, не повиновались.

Меж тем у подножия крепости что-то происходило. Первый ряд лунатиков шагнул вперед. Единым слаженным организмом, как муравьи, крадущиеся к гусенице.

— Какого…

Лунатики упали ниц. Словно рухнули поставленные стоймя костяшки домино. Лица захлопали о брусчатку. Теперь подъезд к воротам был устелен телами. Орда сделала шаг. Ракшасы повалились на своих соратников: слоеный торт из людей.