Книга Голоса из подвала, страница 60 – Михаил Парфенов, Максим Кабир

Насчет «руковожу» у Влада были некоторые сомнения.

Но после часа тренировок тело послушно двинулось по институту, и встречные девушки хмыкали, озираясь.

Фурлетов ездил в свой район на пятом троллейбусе. Буха́л в гаражах с мужиками. Но домой шел сам, пошатываясь и матеря уличных котов. Маршрут пролегал через поросший кустарником стадион, такой изолированный, что впору было возомнить: Господь лично способствует мести.

Под трибунами гнила листва и попадались дохлые псы. Туда Влад сволок Фурлетова. Фонарь с Бэтменом на корпусе озарял тонким лучом белое лицо врага. Подонок все никак не очухивался, и Влад испугался, что удар пистолетной рукоятью в висок прикончил его. Но вот Бибоп шевельнулся, с трудом расклеил веки. Взор уперся в алчный глазок дула. Переместился на Влада.

— Ты кто?

— Минотавр.

Фурлетов, хоть и учился на историка, в греческой мифологии был профаном.

— Кто? Какого хера, брат? Че тебе надо?

— Мне нужна справедливость, – высокопарно ответил Влад.

— Ты вообще в курсе, кто мой отец?

— Ага. Тыловая крыса. Ссыкло из военкомата.

Фурлетов кашлянул и неожиданно согласился:

— Ну так и есть. Но мы-то не такие, а? Мы с тобой сумеем добазариться? Чего хочешь, скажи.

— Хочу, чтобы ты извинился.

— Я извиняюсь, конечно.

Фурлетов попытался встать. Влад рявкнул:

— Лежи! Извиняйся!

— Я извиняюсь… – залепетал амбал.

— Громче!

— Я прошу прощения.

— Проси прощения у Влада Кармаева.

Фурлетов прищурился. Закрыл и вновь открыл рот. И спросил, искренне удивленный:

— А это еще кто такой?

«Он не помнит моего имени», – ужаснулся Влад. Палец конвульсивно нажал на спусковой крючок. Хлопнуло, и над правым глазом Фурлетова появилась круглая дырочка с опаленными краями.

— Сука, – процедил Влад. А потом разделся, чтобы не запачкать одежду, и принялся бить покойника кулаками, уничтожая нахальное лицо.

* * *

Известие о смерти первокурсника разнеслось по всему вузу. Судачили, что Фурлетов и Чапов взяли в долг у каких-то бандюков, а возвращать бабки отказались.

«Проломили череп молотком, – говорили студенты. – Сняли брюки и…»

— Ну это уже полная чушь, – не сдержался Влад.

— Клянусь тебе, – настаивал Борька, – у Ларисы с третьей группы спроси, у нее брат – фельдшер, забирал Фуру из-под трибун.

— Трепло у Ларисы брат.

Влад осекся, приметил идущую по вестибюлю Диану Хобенскую. Девушка низко опустила голову, притиснула к груди папку.

— Я щас. – Он кинулся через столпотворение. – Диан!

Она замедлилась, мазнула безразличным взглядом.

— Чего?

— Прими мои соболезнования. Я представляю, каково тебе – лишиться друзей…

— Спасибо, – буркнула девушка и намеревалась уйти, но Влад взял ее под локоть.

Диана возмущенно отпрянула:

— Да кто ты такой, блин?

— Я, – Влад растерялся, – я Кармаев. Параллельная группа.

— И что ты хочешь, Кармаев?

«Хочу, чтобы ты извинилась», – шепнул внутренний голос.

— Хочу как-то тебя утешить, – зачастил Влад, – угостить мороженым. Давай вечером в «МакДак» сходим? Ты какое мороженое любишь?

Диана попятилась, чувственные губы ее искривились брезгливо.

— Псих, – сплюнула она и скрылась в толпе, оставив его сгорать от стыда.

«Мне необходимо потягать железо», – подумал Влад, топчась на месте.

В качалке гремел «Onix».

Зеркало на миг затянулось маревом, или это глаза Влада подернулись слезами. За дымкой сформировалось жестокое скуластое лицо, зеленые маяки запылали, разгоняя туман.