Книга DARKER. Твари и хвори, страница 12 – Майк Гелприн, Михаил Парфенов, Александр Матюхин, и др.

— Здесь еще моя подруга, – выдавила Лиза, вдруг вспомнив, как сюда попала.

Ей показалось, что Волк тяжело вздохнул.

— Во-первых, мы можем помочь только тебе… – начал он.

— А во-вторых?

— Во-вторых, она тебе не подруга! – отрезал Волк. И добавил: – Не теряй время, его не так много. Звони лисе.

Лиза нажала на изображение рыжей мордочки и послушала песенку про лису, бегущую по темной лесной тропинке.

Ничего не происходило.

Лиза растерянно стояла в запертой ванной, не понимая, что делать, как вдруг в голове, ослепив ее, взорвался сияющий шар боли.

Словно в яркой вспышке, она увидела, будто бежит к дому со стороны леса. Земля стелилась перед ней и была очень близко, незнакомые запахи заполнили ноздри, их обилие ошеломляло, но не сбивало с пути.

Лиза устремилась по дорожке к забору, под которым в одном месте зияла брешь, пролезла в нее и обогнула дом. С обратной стороны у самой земли темнел узкий прямоугольник подвального окна. Лиза толкнула его, легко скользнула внутрь, ориентируясь в пыльной темноте, точно днем, и по лестнице выбралась в коридор с другой стороны от комнаты, где раздавалась ругань.

Сознание раздвоилось, и Лиза видела себя одновременно внутри ванной и снаружи, бегущей по коридору к белой двери.

БАМ! Что-то с силой врезалось в дверь, Лиза вернулась в себя и присела на корточки от разрывающей голову боли.

— Что за херня?! Все это слышали?

Снаружи донеслись быстрые шаги, а потом наступила тишина.

Открыв замок, Лиза выскочила из ванной. Все увиденное запечатлелось в памяти ярко и отчетливо.

Она сбежала в подвал, извиваясь, протиснулась в узкое окно, потом – в брешь под забором и оказалась на темной поселковой дороге.

Какое-то время Лиза бестолково металась между дачными заборами, надеясь найти помощь. Стояла поздняя осень, дачи опустели, а там, где, вероятно, кто-то был, Лизе не спешили открывать.

Все кончилось скверно. Только добравшись до станции, она осознала, что все ее вещи, включая документы, деньги и телефон, настоящий телефон, остались в доме.

Выслушав сбивчивый рассказ растрепанной напуганной девушки в грязной, пропахшей рвотой одежде, никто не спешил бросаться на помощь. Нужно было кого-то вызвать, кого-то дождаться, но те, кого дожидались, тоже не торопились.

Лизе дали чашку сладкого чая, привели в какую-то неуютную комнату с холодными сине-зелеными стенами, где она без сил рухнула на жесткий топчан и мгновенно уснула.

Ее выпустили, дав денег на билет, когда уже растаяло темное ноябрьское утро и, бодро стуча колесами, понеслись первые электрички. И вот здесь, на пустом перроне, с ней произошло нечто странное.

Лиза дрожала, вдыхая сырой воздух, к которому примешивался неизвестный аромат. Он проникал в ноздри, раздражая и одновременно маня, словно настойчиво требуя обнаружить его источник. Она потопталась на месте, сделала пару неуверенных шагов по платформе. Странный запах будто ослаб, но теперь требовательно сжался желудок.

Лиза закрутилась на месте, закрыла глаза, принюхалась. В загородном воздухе аромат словно сиял яркой электрической нитью. Она пошла по ней, шаг за шагом, все увереннее. Спустилась с перрона, прошла по тропинке между кустов, ощетинившихся последними бурыми листьями, перескочила через канаву.

Запах заполнил ноздри до краев, лишая разума.