Книга Измена. Как веревочке не вейся!, страница 58 – Татьяна Аридея

Утром не разбудила почти бывшего специально. Месть она такая! Сыновей подгоняла, угрожая, что не успеем в больницу. А сама наслаждалась их виноватой предупредительностью. Маленькие, а туда же!

Раз мы встали рано, успеем много всего за день. Тем более умудрилась выпросить больничный на всю неделю. Сможем начать совместный отпуск уже сейчас.

Когда мы вышли из кабинета в больнице, на сотовый пришло сообщение.

«- Не могла разбудить. У меня вообще-то работа!»

Не выдержал! С ухмылкой отправила ответ.

«- Переживешь! У меня из-за тебя теперь работы нет!»

Пиликнуло одно сообщение за другим. Звуковое сообщение читать при детях не стала. Оставлю эту милую приятность на потом, тем более неотвеченные сообщения должны его разозлить. Мы с ним как на горках в парке, катимся все дальше вниз.

Малышню отвезла свекру. Молчаливо встретила недовольное лицо Валентины Кириловны своим прямым взглядом. Нам не привыкать. Велела сыновьям вести себя хорошо и пообещав им сводить вечером в кафе, отчалила в известном направлении. Перед тем как стартануть с парковки, напечатала Ритке.

«- Заявление готова подписать».

«- Жду!»

И только тронувшись с места, включила сообщения от Сашки. Смеялась громко, ловя адреналиновые волны. Он возмущался, словно ребенок и обиженно сопел в трубку. Отвечать не стала, пусть мучается. Я как-то странно себя веду. Ни разу не всплакнула, только издеваюсь над ним. Может уже кукухой тронулась?

Через пару минут релаксации, начала себя успокаивать. После первой измены ревела! После третьей просто послала его в далекие дали. Вполне себе нормальная реакция. Так что живем и радуемся жизни!

Или как говаривала моя мамуля – «Цветем и пахнем!»

Рита меня ждала в офисе. Сегодня у нее аншлаг. Записала к себе на прием задним числом. Вся моя решительность улетучилась, стоило взять в руки то самое заявление, которое поставит точку в нашем с Сашкой браке.

— Лен, ты не переживай. Вам обязательно дадут месяц на примирение, а если Сашка будет категорически против развода, то затянет решение суда. Все же у вас два ребенка несовершеннолетних. Помнишь, я тебя уговаривала простить его и дать шанс. Он же сейчас лоб расшибает, выделывает несвойственные для него карделябры. Но наказать надо, чтобы на всю жизнь запомнил. Ты пойми, будет у вас шанс все отмотать назад. Когда наступит то время, когда нельзя будет уже повернуть, предупрежу тебя.

Подписала с тяжелым сердцем заявление, пару требований и прошений, доверенность на ведение дела в суде. Спросила сколько стоит удовольствие. Она усмехнулась и назвала сумму в пять тысяч. И почему-то начала оправдываться.

— Тут вознаграждение девочкам моим, налог на деятельность.

— Я и говорю, что мало.

— Еще бы я с тебя денег не брала. Лучше расскажи, что Сашка со своей Макрамусей делал, полетел спасать ее страничку?

И как она так ловко переключила внимание на приятности? Рассказала, что вчера учудили сыновья, что почти бывший муж остался дома, мирно посапывал с проказниками на одном диване.

— И что не оценил твои потуги в справедливости? Тебе-то не прилетело за наши шалости?

— Нет, - скромно потупила глазки, - наоборот завелся и чуть не зацеловал на смерть.

— Так может? - знала, что она спрашивает. Ведь первая уговаривала закрыть глаза на его измены.