Книга Красный Нарцисс, страница 67 – Елена Леонова

— Отвали! — прорычал следователь, собираясь пройти мимо.

— Я в курсе про красные конверты! Про серийного убийцу!

Саблин замер. Конверты… Откуда он знает?

В тот же момент алкоголь предательски стрельнул в голову. Ярость вскипела мгновенно. Следователь, не помня себя, замахнулся и ударил журналиста по лицу. Затем ещё раз в живот. Белов, отмахиваясь, начал отступать, а майор продолжал наносить удары, периодически промахиваясь. Ноги и руки не слушались, но выпитый виски в голове управлял Саблиным, подначивая: «Давай, давай, этот мерзкий журналюга заслужил! Покажи ему!»

Завязалась короткая, нелепая драка.

Белов, отплёвываясь кровью, вдруг закричал: «Я знаю кое-что! Видел у кафе… в тот день!»

Следователь, тяжело дыша, прекратил атаку, пытаясь успокоиться. Слова журналиста пролетели мимо.

Что он творит? Что делает?

Саблин оттолкнул Белова и, бормоча проклятия, отошёл в сторону.

Стыд вернулся с новой силой. Он, блюститель закона, — опустился до пьяной драки! И всё из-за этого прокля́того дела, из-за красных конвертов… И собственной слабости.

Не говоря ни слова, майор быстро пошёл прочь.

Шатаясь, он подошёл к подъезду. В голове гудело, а в душе клокотала злость на самого себя. Сначала этот скандал в магазине, потом драка…

В полумраке у подъезда ему померещилась фигура, но, прищурившись, он узнал в силуэте водителя, Антона.

— Ты чего тут? — пробурчал следователь, пытаясь сфокусировать взгляд.

Ярохин поёжился от холода.

— Так вы же сами позвонили, товарищ майор, сказали, чтобы я срочно подъехал.

Саблин нахмурился. Ничего не помнил.

— Я? Не может быть…

Но тут, словно сквозь пелену, пробился слабый луч воспоминания. Да, кажется, что-то такое было, когда вышел из метро… Смутные обрывки разговора, пьяные рассуждения о важном деле, которое нельзя откладывать, поэтому необходимо в отделение.

— А… да… точно… Всё отменяется, — Саблин развернулся в сторону подъезда и поскользнулся, приземлившись на колени. Антон его подхватил.

— Вы в порядке, товарищ майор?

— Да-да… нормально. Езжай домой… или куда там тебе надо.

Водитель, не задавая лишних вопросов, кивнул и скрылся в машине.

С трудом открыв дверь подъезда, Саблин вошёл внутрь, поднялся на этаж и ввалился в свою квартиру. Скинув на пол пальто, он рухнул на диван и моментально погрузился в глубокий сон. Метель за окном продолжала завывать, будто оплакивая его загубленный вечер и собственную никчёмность. Завтра будет тяжело. Очень тяжело.

Мысли носились в беспорядке, как колючие снежинки на улице, когда Смирнов после нескольких бокалов вина вышел из бара, но одна тема упорно не отпускала его — древние свитки.

В голове засели обрывки истории: величественное Набатейское царство, таинственный Египет, Моисей, первосвященник Ясон, его позорное бегство из Иерусалима и «манна» — нечто ценное, что он преподнёс царю Набатеи в обмен на пристанище.

«Почему именно эти сюжеты? Почему они так важны? И что в них такого особенного?» — вопросы навязчиво сверлили мозг.

И вдруг, словно молния, писателя осенило. Всё встало на свои места, пазл сложился!

Забыв про мороз и ветер, Филипп почти бегом бросился домой, где сразу же набрал номер профессора Феранси.

— Джулио! Это Смирнов. Я, кажется, понял! Я знаю, о чём речь в свитках! — выпалил он, едва собеседник взял трубку.