Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 15 – Татьяна Карсакова

— Предупреждаю просто. На тебя вечно все вешаются.

— Говорю же, сверхспособность, — Евгений проходит, присаживается на табуретку.

— Ага, сверхспособность? — Артём снова ухмыляется. — Юль, у нас у каждого в команде сверхспособность. Маша хорошо раскрывает дела, я хорошо бью и догоняю, а с Женей все хотят дружить.

— Юля не в теме, шутки не поймёт, — Женя отмахивается. — Маша прислала узнать, как у вас дела.

— Нормально, — Артём становится у окна, закрывая собой обзор. — Юлю кормлю. Юля, иди есть.

Женя кривится.

— Он уже угрожал кормить внутривенно? — спрашивает с сочувствием.

— Нет, — почему-то противно сдавать Артёма. Не хочу, чтобы на него ругались. Ему и так сложно.

— Серьёзно? — Женя выглядит возмущённо. — Мне ты угрожал кормить внутривенно, Маше угрожал, а Юле?..

— А Юля умная, ест без угроз, — Артём берёт меня за талию и очень настойчиво тянет обратно к тарелке. — Ешь.

Приходится садиться и есть. Раз уже начала игру. Умной быть очень приятно.

— Хорошо, что сама ест, — Женя смотрит на меня внимательно и с участием. — Маша заподозрила депрессию. Если Юле не станет легче, нужно будет обращаться к специалистам и назначать препараты. Худоба… Юль, ты сколько весишь?

— Пятьдесят, — вру.

Артём смотрит прямо и тяжело. Понял, да? Ну не сдавай меня, не хочу быть психом!

— Где-то пятьдесят и весит, сегодня таскал на руках, — врёт Тёма. Спасибо тебе, миленький! Я сама как-нибудь выкарабкаюсь! Честно-честно!

— Так, ну с её ростом, вроде, норма, — Женя нарезает вокруг меня круги. — Посмотри, пожалуйста, как она спит. Если проблемы со сном будут, надо всё-таки к специалисту.

— Посмотрю, — Артём кивает.

— Юленька, всё хорошо, — Женя снова улыбается мне. Очень добро и искренне, как будто не он только что к психиатру тащить собирался. — Мы допросили детишек. К сожалению, описать преступника они не могут: тот был в шарфе и капюшоне. И цвет глаз постоянно менялся, скорее всего линзы. На связь выходил сам. Умный, зараза.

— Как все маньяки, — замечает Артём.

— Да, — Женя кивает. — Кстати, пожалуйста, не показывай Юле свою коллекцию фотографий.

— Я показываю только дуракам, — отрезает Артём. — Юля умная, сама боится.

— Хорошо, — Женя кивает. — Юленька, какие-то ещё вопросы есть? Артём ведёт себя хорошо? Маша попросила звонить ей в любое время, если будут с ним проблемы. Он у нас ещё не работал с жертвами так плотно.

— Всё хорошо, — выдавливаю из себя улыбку.

— Тёма? — Женя смотрит на друга с подозрением.

— Умная, — пожимает плечами Артём. — Не истеричка.

— У вас как-то подозрительно всё хорошо, — Женя хмурится ещё больше. — Обычно на тебя жалуются в голос и с истериками.

— Говорю же, умная, — взгляд Артёма всё такой же пустой. — Поняла, что я ущербный, но полезный. Истерик не закатывает. Ведёт себя нормально. На меня не реагирует.

Боже, как больно слышать это. Хочется кричать в голос. Ты человек! Человек!!! Я не могу на тебя не реагировать! Ты живой!

— Ладно, тогда я поехал, — Женя собирается. — Юля войдёт в нашу историю как человек, который может тебя переносить без истерик больше получаса.

— Рекордсмен, — Тёма кивает. Запирает за другом дверь.

— Ты нормальный! — шиплю, как только замок щёлкает.

— Бред, — даже не смотрит в мою сторону. — Зачем ты это говоришь?

— Не знаю, — пытаюсь сообразить. — Чтобы ты чувствовал себя хорошо.