Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 9 – Татьяна Карсакова

Заходим в подъезд. Едем вечером, поэтому у лифта куча народа.

— Артём, пожалуйста, давай не с людьми, — взгляд анимешных глаз снизу вверх на меня.

— Пойдём по лестнице, — соглашаюсь.

— Там восьмой этаж! — не понимаю эмоцию. — А ещё маньяк может выскочить и…

— Я его поймаю, — снова убеждаю.

— А если не поймаешь? — глаза расширяются, пальцы на моей толстовке дрожат ещё сильнее.

— Всех ловил и его поймаю, — снова уговариваю.

Приезжает лифт, но мы его пропускаем. Приходит новая толпа.

— Я могу стоять здесь всю ночь. Ты хочешь? — пытаюсь найти решение.

Опускает голову. Лбом мне в грудь. Жалко.

— На лифте или пешком? — даю выбор.

Молчит. Значит, на лифте. Так быстрее.

Беру её за талию и тащу. Люди расступаются передо мной, и я затаскиваю Юльку в самый угол, становлюсь так, чтобы отгородить от всех.

Тонкие пальцы на толстовке, лбом мне в грудь. Меня уже не боится? Как вести-то себя?! Как не сделать хуже?! Маша, спаси!!! Нас обоих.

Юлька дрожит от каждого движения лифта. Может, её антидепрессантами накачать? Да нет, с них тяжело слезать. Хуже сделаем.

Вытаскиваю Юлю на нашем этаже.

— Где квартира?

— Стой, — тихо. — Давай просто постоим.

В подъезде темно. Напрягает.

— За спину встань, — отгораживаю так, чтобы стояла между мной и стеной. Достаю фонарик, вроде чисто, но…

Свечу вверх, там, где следующий этаж. Там подростки. Сидят тихо, пугаются, когда свет падает.

— Привет! — включаю милашку. — А вы что тут делаете?

— Сидим, — девчонка испуганно жмётся к мальчишке.

— Просто сидите?

— Тёма, не надо, — шёпот Юли.

— Не лезь, — отмахиваюсь. Странно всё это, надо понять. — Так что вы тут делаете?

— Целуемся, — нагло отвечает мальчишка, хочет посмотреть в глаза, но взгляда не выдерживает.

— Хорошее дело, — соглашаюсь. — Я сейчас вашим родителям расскажу, чем вы тут занимаетесь, они тоже одобрят.

— Мы не целуемся, просто общаемся, — вступает девчонка.

Так… Странно. Мне странно то, что сидят в таком удобном наблюдательном пункте.

— Ну пойдёмте к родителям, — делаю вид, что собираюсь шагнуть к ним.

— Не надо к родителям! — мальчишка подскакивает.

— Да? — делаю вид, что сомневаюсь. — А может, надо? Сидите тут, общаетесь, целуетесь, а потом беременность в четырнадцать… Другое дело, если бы за кем-то следили. За ней, например, — указываю взглядом на Юлю.

— Не следили, — лицо мальчика дёргается. Чёрт, я плохо понимаю, когда врут. Поэтому трясу душу из подозреваемых до последнего, чтобы убедиться.

— Не следите, — киваю. — Просто я сейчас в ваши телефоны полезу, посмотрю. И если следите, то поедете в колонию. Это, знаете ли, сталкерство уже…

— Тёма! — зло из-за спины.

Ну тресни уже, если раздражаю. Потом объясню.

— Паш, я боюсь, — девчонка пищит.

— Не переживай, он тоже боится, — вывожу Пашу на протест. — Вон, трясётся, как девочка.

— Ничего я не боюсь! — мальчишка подскакивает. — Лиза, пойдём.

— Ага, как же, — встаю к лестнице, чтобы преградить дорогу. — Никуда не пойдёте, пока телефоны не покажете.

— А что будет, если покажем? — Лиза идёт на попятную.

— Если сами покажете и признаетесь, что следили за этой девочкой, с вами просто поговорят, — рассказываю. — Если поймаю сам, а я поймаю, расскажу родителям и на вас заведут дело за сталкерство.

— Мы не сами! — Лиза всхлипывает. — Нас попросили.