Книга Из ада с любовью, страница 116 – Эрих Келлер

— Кто это, Джон? – раздалось справа, а слева вспыхнул еще один фонарик. И сзади. И еще один спереди… Маклин был не один: не меньше шести человек – мертвых солдат! – окружали Тони со всех сторон. Ему не показалось, что нечто сужает круг…

— Это молодой наци, шпион кайзера, – едко произнес Маклин, не опуская фонарика. – Именно он должен передать отродье в рейх.

— Э, агент Маклин… Это еще нужно доказать… – пробормотал Тони, продолжая прикрывать лицо локтем. Происходящее почему-то напомнило не уличное, а приютское детство, когда случалось в одиночку наткнуться на ватагу старших, только и ищущих возможности поглумиться над маленькими. Сходство, пожалуй, было в собственных ощущениях – страха, стыда и беспомощности.

— Тут не суд присяжных, чтобы заниматься казуистикой. Мы оба знаем, зачем вы здесь, так что не прикидывайтесь – вам это не поможет.

— Не поможет в чем? Выйти отсюда живым?

Ветераны подступили с обеих сторон неожиданно, взяли за локти – свет опять ударил в глаза со всей силы. Тони попытался дернуться – с тем же успехом можно сопротивляться гидравлическому прессу: локти будто сдавили в тисках. Ощущения из приютского детства значительно укрепились.

Неужели и доктор W. где-то среди них?

— Аллен, вы сейчас подробно расскажете, какую инструкцию вам передала шлюха Его Величества. Отродье вы все равно не получите, но мне надо знать, кто помогает немцам пересекать английские границы.

— На последний вопрос я отвечу легко и с удовольствием: немцам помогает Его Величество король Эдуард VIII. Или вы об этом не догадывались?

— Аллен, взгляните на эту вещицу. Знаете, что это?

— Уберите свет в глаза, тогда я попытаюсь догадаться.

— Эта бензиновая зажигалка – простейший и очень эффективный криптоанализатор. Две минуты криптоанализа – и вам не захочется глумиться над моими национальными чувствами. А еще через десять минут вы будете отвечать на мои вопросы с радостью, захлебываясь от нетерпения все рассказать.

— Вы недооцениваете твердость духа солдат рейха – неужели вы всерьез полагаете, что истинного арийца с его нордическим характером можно напугать бензиновой зажигалкой? – осклабился Тони.

— Напугать – вряд ли. Эффект обычно наступает не от угроз, а от применения этого нехитрого предмета.

— Да ладно вам, Маклин. Давайте спорить, что за пять минут я не издам ни звука, и если я выиграю, то пойду домой.

Нет, он совершенно не понимал юмора. И фонарика не опускал.

— Вы никуда не пойдете, Аллен. Вы подробно изложите мне все, что вам передала миссис Симпсон.

— Может, я после этого еще и останусь в живых? – Говорить и не видеть лица собеседника было неприятно. Впрочем, мимика мертвых солдат скудна и не дает представления об их эмоциях.

— Этого я пока не утверждаю. Я давал присягу убивать врагов Великобритании.

— Агент Маклин, понятие «враг» в мирное время чрезвычайно расплывчато. Может, я, напротив, добрый друг Великобритании. А вы присягали королю, а не Уинстону, чтобы игнорировать мнение Его Величества.

Рука, державшая правый локоть, скользнула к запястью, а другая – видимо, левая – всего лишь вывернула Тони большой палец. Полностью, из сустава. Если бы это не было так неожиданно, можно было бы перетерпеть, но Тони вскрикнул, не успев понять, что произошло, – боль была ослепительна, гораздо ярче света, бьющего в лицо. Из глаз закапали слезы.