Книга Из ада с любовью, страница 162 – Эрих Келлер

— Я никуда не пойду. – Саймон Маккензи гордо поднял голову и воспротивился мертвой железной руке.

— Он напугал вас, святой отец? – продолжал лукавить кадавр. О, он хотел скрыть от всех и пол ребенка!

— Да. Да, он напугал меня, – слукавил и преподобный. – Ищите без меня это исчадие ада – я видел его только что вон в том подвальном окне. Не прошло и минуты, он не мог далеко уйти.

И кадавр, ставший заложником собственной хитрости, был вынужден бежать в сырой и темный подвал дома, который минуту назад покинул монстр в обличии девочки-младенца.

* * *

Гостиная выглядела так, как Тони представлял ее себе, читая «Записки» доктора W. И круглый стол, и камин, и лестницы, ведущие в спальни, с тяжелыми балясинами темного дерева. И кресла с изогнутыми спинками и резными деревянными подлокотниками, в одно из которых Тони и предложили сесть.

— Доктор весьма заинтересовал меня рассказом о том, как он стал крестным отцом, – начал знаменитый сыщик, раскуривая трубку. – Сейчас он изучает метрические книги в Сент-Мэри-ле-Боу, проверяя мою гипотезу, но скоро должен вернуться. Он так взволновался, когда я предположил, что вы непременно нанесете нам визит, что поспешил покинуть яхту. Наверное, надеялся, что кричать капитану Коулу снизу вы не станете и наша с вами встреча не состоится. Доктор всегда был наивен, как дитя, и, думаю, таким мой дорогой друг и останется. Он искренне верит, что может что-то от меня утаить, как, например, правду о вашем с ним знакомстве, которое произошло вовсе не вчера. Не подумайте, что я действую за спиной Уотсона и собираюсь выведывать у вас его секреты, – ни в коем случае! Все его секреты я узнаю́ еще до того, как он входит в гостиную с таинственным видом. Вот и теперь мне было достаточно поставить перед нашей милочкой неразрешимую техническую задачу, чтобы через полчаса вы оказались сидящим в этом кресле.

— И… зачем вам это понадобилось? – осмелился спросить Тони.

— Меня попросил об этом мой брат. Неофициально. Он же познакомил меня с вашей биографией.

Провалить операцию за два дня до завершения? Надо было сто раз подумать, прежде чем сюда идти – удовлетворять праздное любопытство…

— И как?

Великий сыщик снисходительно усмехнулся и пыхнул трубкой.

— Я буду с вами откровенен. Если вы не боитесь откровенности.

— Откровенности я не боюсь. Всегда лучше знать, чем догадываться.

— Для начала, молодой человек, вы никогда не бывали в Бенгалии и уж тем более не родились там, – доверительно начал сэр Ш., причмокнув, как будто его беспокоил больной зуб. – Вы родились и выросли на севере, где климат гораздо более суров, нежели в Лондоне, а недостаток солнца сказывается на строении скелета. Ваше детство прошло в большом перенаселенном городе, и это было детство, полное лишений. Вы жили в тесном помещении вместе с множеством других людей, ели скверную пищу, знали голод и постоянно испытывали недостаток тепла. С некоторого момента ваша жизнь изменилась в худшую сторону, я предполагаю, это произошло в начале войны. Некоторое время вы провели в доме общественного призрения, где, по всей видимости, учились писать и читать. После этого, примерно на одиннадцатом году вашей жизни, дом призрения был по каким-то причинам распущен, а его воспитанники оказались на улице, и вы ступили на стезю малолетнего преступника. Надо ли называть причины, по которым на четвертом году войны в перенаселенном северном городе был распущен дом призрения?