Книга Ген ненависти, страница 32 – Джейн Коуи

— Нет, – покачал головой Саймон.

Оуэн пододвинул кувшин с молоком. Саймон влил щедрую порцию в свой кофе, хотя в холодильнике были сливки, и на самом деле он предпочел бы их и взял бы немного, если бы Оуэна не было рядом. Но он вдруг почувствовал себя неловко и слишком отчетливо осознал, что это был дом Оуэна и что он гость, к тому же нежеланный.

— Почему нет?

— Я не нуждался в ней. Все в порядке. Это просто синяк. От такого не умирают.

— Ты не возражаешь, если я взгляну повнимательнее?

Саймон осторожно поставил чашку на столешницу. Волосы у него на затылке внезапно встали дыбом – верный признак того, что нужно было быть осторожным.

— Зачем?

— У тебя был сильный удар по лицу. Я хотел бы убедиться, что с твоим глазом все в порядке, что у тебя нет перелома скулы. Думаю, было бы неплохо проверить также зубы и убедиться, что у тебя нет сотрясения мозга.

— Я в порядке.

— Непохоже на правду, – возразил ему Оуэн. – Ну, давай же. Это займет всего минуту.

Саймон хотел сказать «нет», но не видел другого выхода, кроме как согласиться. Что, если он откажется и Оуэн заставит их с матерью уйти? Поэтому он подчинился и позволил Оуэну коснуться своего лица и посветить ему фонариком в глаза. Однако Саймон ничего не сказал Оуэну о старых синяках на ребрах и спине, как и о том, что ему больно, если он смеется. Его дяде не нужно было знать об этом. Даже Джек не знал об этом.

— Тебя до сих пор не проверили? – недоверчиво посмотрел на него Оуэн, когда осмотр наконец закончился.

— Ты правда думаешь, что моя мама позволила бы мне сдать тест?

— Тебе уже восемнадцать. Это больше не ее ответственность.

Пауза. Звук их дыхания. Запах лосьона после бритья от Оуэна, травянистый и дорогой.

— Знаешь, это сделало бы твою жизнь намного проще.

— Вряд ли, если он вдруг окажется положительным, – не согласился Саймон.

Он знал, сколько его тетя и дядя берут за лечение в своей шикарной клинике, и не мог себе этого позволить. Он также встречал много мальчиков из хороших семей, которые были вынуждены работать на фермах, потому что в других местах их всячески притесняли. Саймон не стал бы называть лечение Оуэна змеиным маслом, но и волшебной палочкой оно тоже, очевидно, не являлось.

Оуэн откинулся на столешницу и задумчиво посмотрел на него, потирая большим пальцем подбородок.

— А ты думаешь, есть вероятность?

— Не знаю. – Саймон был зол, что Оуэн задает ему все эти вопросы и что он оказался настолько глуп, что дал ему такую возможность. Саймон уже давно признал, что он, скорее всего, положительный. Ему достаточно было вспомнить некоторые вещи, которые он сделал, чтобы понять это. Если однажды он и будет проходить тест, то сделает это по свей воле, и его дяди этот вопрос не касается.

— Как думаешь, у тебя есть проблемы с самоконтролем? Чувствуешь позывы к насильственным действиям?

И что он должен был ответить на это? «Да, я их чувствую прямо сейчас»? Оуэн все равно бы никогда ничего не понял, живя в этом большом доме своей идеальной жизнью со своим М-отрицательным сыном. Саймону нравился его кузен, но иногда ему хотелось кричать о несправедливости происходящего.

— Думаю, не больше, чем кто-либо другой.

— Что ж, это хорошо, – произнес Оуэн. – Кажется, твой глаз в порядке. Ты молод и здоров, быстро восстановишься. Но у организма есть лимит, даже у такого молодого, как твой. Ты понимаешь, о чем я?