Книга Тайна кровавой графини, страница 108 – Анна Велес

— И никакого экшена? – невесело усмехнулся следователь. – Я не знаю, чего-то такого… Молитвы, какие-то танцы шаманские, пассы руками?

— Ну это зависит от культуры, – совершенно серьезно отозвался Давид, заговорил таким тоном, как если бы читал лекцию. – В шаманизме – да, там обряд красочный. С впадением в транс, камланием, бубнами. Но там все такое. Они же живут где-то между реальностью и миром духов. Знаешь, скажу так, там природа сущностей, вселяющихся в человека, немного иная. Хорошо бы, если бы в нашей истории было так. Было бы проще, вообще-то. Я бы просто нашел и пригласил сюда какого-нибудь шамана. Он бы все сделал сам, пусть на это ушло бы несколько часов или даже дней. Но это не наш случай. Дальше, языческие культы. Но давай мы их сразу пропустим. Читал, что в той же Древней Греции обряд изгнания тоже был весьма ярким. Там одержимого просто забивали палками. Нам это точно не подойдет.

— Однозначно, – уверил его Артем и заставил себя взять еще один кусок пиццы. Аппетит к нему не возвращался, но есть по-прежнему было нужно. – Все случаи, когда наносят тяжкие телесные повреждения, нам не подходят.

— Христианство и ислам, – продолжил консультант. – И там, и там все очень похоже. В православии этот обряд вообще называют отчиткой. Самое верное определение того, что происходит. То есть это просто изгнание сущности словом Божьим. Молитвами то есть. Их читают, пока не будет результата. При этом можно еще окроплять тело одержимого святой водой, окуривать его церковными благовониями, осенять крестным знамением.

Он улыбнулся, не так солнечно, как обычно, скорее, опять же, нервно.

— У нас люди любят фильмы про экзорцистов, заметил? – спросил Давид. – Представляешь, какая это задача для режиссера? Как раз этот самый экшен откуда-то взять? Потому там чаще во время обряда показывают не священника, а саму жертву. Как тварь начинает истязать тело, в котором находится, вроде бы таким образом шантажируя людей тем, что нанесет бедняге вред, если обряд не прекратят.

— Ты намекаешь, такие ужасы, что на экране с жертвами творятся, – это только выдумка киношников? – Артем очень хотел на это надеяться. Люда не должна пострадать еще больше. Для него было важно только это.

— По большей части вроде бы да, – неуверенно ответил консультант. – Хотя долгое время в католичестве экзорцисты существовали на полулегальном положении. Все же смертельных исходов после их обрядов было многовато. Но ты не нервничай. Мы же этот обряд не используем. Да и вообще, в теле Люды сейчас не демон.

По ходу разговора Давид изорвал свою салфетку в мелкую крошку, как и две следующие. Причем это ему явно не помогало. Он выглядел все более обеспокоенным.

— Если так рассуждать, – говорил он все менее эмоционально, как-то уже чуть ли не речитативом, будто уже проводил некий обряд, видимо для собственного успокоения, – наша эта якобы актриса – она вроде иудейского диббука. Это тоже злой дух, или же дух покойного преступника. А ведь по сути, Елизавета Аксо именно этим и стала! Но нам, наверное, это не важно. Обряд все равно будет другим. Иудеи тоже читали молитвы, собирали для этого толпу мужчин, и надо было дуть в большой горн. В общем, нам как бы повезло. Наш обряд составили эти мистики начала двадцатого века. Там только формулы, знаки и имена.