Книга Тайна кровавой графини, страница 87 – Анна Велес

Алла стояла напротив, опустив фотоаппарат, она явно слышала новости.

— Надо здесь заканчивать, – устало сказал ей следователь. – На сегодня хватит. Всего и сразу.

— Хорошо. – Она казалась такой же немного потерянной и расстроенной. Эксперт чуть помедлила, но потом спросила: – Она использует шокер, но как справлялась в прошлые годы?

— Находила, чем оглушить, ударив по голове, – на автомате выдал Артем, а потом до него дошла суть вопроса. – В прошлые годы? Откуда ты об этом знаешь?

— Это было нетрудно. – Алла только пожала плечами, говорила так же спокойно и ровно, как всегда. – Когда отец пришел сюда на работу, мне было семь лет. Многие ошибочно думают, что дети глупые, глухие и слепые.

— Очень опасная ошибка, – заметил следователь.

Он все же надел перчатки, шагнул к рабочему столу, стал просматривать бумаги.

— Ну так вот, тогда я слышала от него про актрису, – продолжила девушка. – Отцу то дело далось нелегко. Он часто ворчал на кухне, пока там был. Запомнила просто некую связь. Странная женщина и убийства. Но в детстве это казалось чем-то просто пугающим. Вроде страшных историй. А потом уже, когда училась на математическом, услышала про Елизавету Аксо. Как-то сложилось. Теперь то же самое, тот же страх отца, те же обстоятельства. Я просто кое-что прочла в интернете.

— Ясно. – Артем присел на корточки, методично осматривая ящики стола. – Посмотри документы на полках. Математический факультет, да, это в том же здании. Я как-то не сообразил. И что? У вас там прямо все и вся знают историю этой актрисы? И про убийства? Может, даже имеется секрет, как ее вызвать?

— Такого не слышала, – призналась Алла. – Вызвать ее? Она же не какая-то там Кровавая Мэри. Или кого там еще вызывают, Пиковую Даму?

— Я в таких вопросах не силен, – не слишком весело усмехнулся следователь. – Так все же, что преподают математикам о кровавых призраках?

— Красивая, эпатажная, стервозная, – перечислила эксперт. – Меняла мужчин как перчатки, ломала многим жизни. Пока однажды не полюбила, но он ее предал. Вроде бы даже и убил, почему-то именно там, на факультете. Нечто такое очень драматичное, но сентиментальное. Мне это не было интересно, но многие мои однокурсницы верили в нее. А вызывать? Нет, это глупо. Хотя рассказывали и об этом. Но по мне, это нелогично.

— Логики в мистике, по моему мнению, в принципе нет, – уверенно сообщил Артем. – Зачем такое вообще делать?

— От отчаяния, – все тем же ровным тоном выдала Алла. – На факультете считали, что актриса может вернуться и отомстить за измену. Только это странно, она же убивает не выбранных жертв, а всех подряд. Но, наверное, тому, кто ее позовет, уже на это наплевать.

— Может быть… – задумчиво выдал следователь. В этой странной версии опять было нечто настораживающее, но важное. – И что? Все знали место, где актрису вызвать, и как это сделать?

— Вообще, нет! – Она все же улыбнулась. – У нас таких отчаянных не было. И как я смутно помню, там слишком много всяких условий. Одно из них – как раз наличие в нужный момент в здании сотрудника правоохранительных органов. Якобы любовник-изменщик Елизаветы как раз и был служителем закона. И что-то там еще, кажется, это надо делать ночью, а в здание в это время не пускают.

— О! – не удержался Артем от иронии. – Для студентов это явно проблематичнее, чем найти полицейского для ритуала! Ладно, сказки это все.