Онлайн книга «Тайна озера самоубийц»
|
— Насколько все плохо? – спросил он вслух. — Не говорят, – угрюмо известил Петр. – Василий не понимает в этом ничего. И сам он… Знаешь же, как он к ней относится. Я звонил туда. Врач говорит о кризисе. Она на препаратах. Освидетельствование будет. Для суда. Он помолчал, а потом добавил совсем убитым тоном: — Слишком долго одна. Без меня… Она оттуда не выйдет. Илья тяжело вздохнул и сам потянулся за коньяком. С одной стороны, он четко понимал, что злится на Амелию. Она убила Анну. Журналист не мог и не хотел этого прощать. Наоборот, тот факт, что художница вместо камеры попала в клинику, где условия намного комфортнее, чем для заключенных, казался несправедливым. Она должна ответить за все. Но с другой стороны… Она просто больна, что теперь очевидно. А Петр и Клара… Теперь будто бы они будут расплачиваться за преступления Амелии, потому что больно будет им. Снова несправедливо, однако это смягчало гнев Ильи. — Как раз оттуда, – суховато известил он Горского, – выйти у нее возможностей больше, чем из тюрьмы. Если докажут, что невменяема, ее просто оставят в клинике. Три-четыре года там или лет пятнадцать по совокупности за все убийства на зоне – что лучше? Ее не посадят, потому что улики, вообще-то, если так подумать, косвенные. Без чистосердечного дело ни о чем. Старые убийства вообще не доказать. Анна… Мало ли когда там Амелия брала ее кофточку. Все не серьезно. Даже мотива нет. Ноты? Да Амелия вообще не умеет их читать! И… Он запнулся на полуфразе, будто от удара. Было странное ощущение, что Илью чуть ли не сдувает волной чужих эмоций. Казалось сейчас, что из Горского бьет во все стороны энергия. И это было реально осязаемо. Свет, почти счастье, какое-то озарение, победное, удивительно яркое и сильное. Все та же надежда и… нет, не злорадство, а ощущение искренней заслуженной победы. Наверное – триумф. — Петь… – Илья смотрел на Горского чуть ли не со страхом. – Что… — Ноты! – Хозяин дома улыбался. По-детски лучезарно. – Понимаешь? Ты… Илья! То, что ты сказал… Петр вскочил со своего кресла. Впервые за время их знакомства он растерял всю свою основательность и показную надменность. Горский схватил бутылку, начал заново наполнять стаканы, хотя в них и так еще оставалось достаточно напитка. Движения были откровенно суетными, какими-то чуть ли не бестолковыми. — Давай! – привычно распорядился он. Илья готов был спорить, даже ругаться. Все это ему осточертело. — Ну же! – Горскому было наплевать. Он продолжал лучиться триумфом. — Хватит! – Журналист все же сорвался на крик. – Я не игрушка, сколько можно! Ты хуже Амелии. Тебе самому к врачам надо. Что ты от меня хочешь? Ты говоришь загадками, намеками. Ты чего-то все время требуешь, а сам… — Скоро, – поспешил заверить его Горский. Теперь в нем была заметна та самая детская серьезность. – Завтра уже. Я сделаю все, обещаю. Все узнаешь. Теперь уже можно. Да и времени нет почти… Он немного нахмурился, будто был недоволен чем-то, потом посмотрел на свой стакан в руке. Залпом выпил коньяк. — Илья! – практически нависнув над креслом приятеля, деловито начал Петр. – Я завтра с утра по делам. Потом точно поговорим. Только… Он улыбнулся удивительно мягко и тепло. — Съезди к ней, – попросил Горский. – Ты съезди. Амелия зла на меня, но надо же знать, как она там. Пожалуйста! Ты сможешь? |