Книга Тайна озера самоубийц, страница 56 – Анна Велес

К тому моменту, когда журналист добрался до дома Горских, у него болела голова от мыслей и догадок. Но все же он принял хоть какое-то решение. Пока полиция ждет новостей от экспертов, сам Илья ничего сделать не может. И потому он последует совету Василия, просто узнает о семье Горских все, что только сможет найти в интернете. Для начала – надо вообще познакомиться с творчеством каждой из сестер. Ведь за эти несколько дней Илья думал лишь о последней пьесе Анны. А то, что девушка создавала музыку и до этого, он практически забыл. Как не думал о том, что и остальные две сестры тоже как-то реализуют свои таланты. Клара закрывалась в своем кабинете, Амелия – в мастерской. Это быстро стало для их гостя обычным бытом. Он относился к этому как к само собой разумеющемуся и ни разу даже не подумал узнать, чем так знамениты сестры Горские. Что выходит из дверей этого кабинета или «сарая».

Он спешил, прошел быстро в ворота, по аллее, к центральному входу. И только тут замедлил шаг. Илье вдруг вспоминалось давешнее «молчание» этого дома. Угнетающая атмосфера заброшенности и скорби. Сразу расхотелось заходить внутрь. Это было почти по-детски, трусливо, но избавиться от неприятного предчувствия журналист не мог.

Но все же он продолжал уверенно подниматься по ступеням, прошагал быстро первый этаж и… Решил заглянуть на кухню. Все та же детская вера в чудо. Только в этом помещении было как-то… спокойно. Тут была жизнь.

Илья переступил порог и на секунду невольно замер. Все это напоминало тот самый первый его день пребывания в этом доме. Снова Клара стояла у рабочего стола, занятая каким-то делом. Снова, как тогда, она резко, даже испуганно повернулась, но тут же расслабилась. Ее улыбка была знакомой, чуть надменной, какой-то официально-благожелательной. Только в отличие от первой встречи сейчас в глазах писательницы осталось странное напряжение, даже некое недоверие или настороженность.

Зато Петр привычно дружелюбно махнул приятелю рукой. Горский восседал за обеденным столом, спиной к окну. Как и всегда. И в этом, как теперь казалось Илье, тоже было нечто такое… картинное. Некое показное равнодушие к лету, к яркости красок за стенами дома. Тоже немного детское. Как и многое другое в хозяине дома с его нарочитой угрюмостью при чужаках, резкостью движений, прямотой в высказываниях.

Тут же была и Амелия. И вот на ней картинка из прошлого рушилась полностью. Художница сегодня была… воплощением некоего вызова? Кем-то… диссонансным. И тоже явно намеренно. Но это Илью сбило и неприятно удивило. На Амелии было красивое, очень стильное платье. Явно не домашний наряд. Ткань обтягивала фигуру, короткая юбка открывала колени, хотя ворот был высоким, руки оставались открытыми, а шелк красиво драпировал грудь. Но дело было не в этом, а, как ни странно, в расцветке. Казалось, на белое полотно вылили краски всех цветов и оттенков. Платье пестрело так, что за ним можно было не заметить саму девушку.

— Такая у нее форма траура, – заметив его удивление, выдала Клара. Чуть иронично, но при этом с явным предупреждением, что вопросов лучше не задавать. – Ты есть будешь? Или успел пообедать в городе?

Илья счел правильным перевести разговор на что-то бытовое и поддерживать легкий тон.