Книга Ключ с правом передачи, или Смертельное наследство, страница 70 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Мне нет никакого дела до бытовых условий — тихо, одними губами, прошелестела Серафима. — Делайте, как считаете нужным. Лишь бы поскорее выяснить, кому же я так сильно помешала…

— Не волнуйтесь, обязательно выясним, и этот человек понесет заслуженное наказание.

Кивнув, Серафима подняла на нас полные тоски глаза и с надеждой в голосе спросила:

— Девочки, но ведь у вас пока нет твердой уверенности, что это сделал Леонид?

— Твердой, конечно, нет… отводя в сторону взгляд, промямлила Варвара, — однако очень похоже, что именно он.

Передав Серафиму Сергеевну с рук на руки Лизавете, мы тут же отправились в обратный путь. Нам нужно было кое-что предпринять для собственной безопасности, перед тем как отправляться на охоту за беспощадным искателем кондаревских сокровищ.

Часы показывали самое начало пятого, но ранние декабрьские сумерки уже потихоньку вползали в комнату. По совету Серафимы Сергеевны свой наблюдательный пункт мы устроили в гостиной, самой большой, а главное, удобно расположенной комнате, где когда-то находился кабинет купца первой гильдии Павла Петровича Кондарева. Если дед действительно спрятал сокровища в доме, то наверняка он устроил тайник у себя в кабинете, провожая нас, заметила Серафима. — Хотя именно эту комнату мы с Сашенькой исследовали особенно тщательно, полностью сняли полы, простукали стены от пола до потолка и даже попытались вынуть барельеф с изображением кабаньей головы.

— Ну и как барельеф, поддался? — с любопытством поинтересовалась я.

— Куда там! — отмахнулась Серафима Сергеевна. — То ли инструменты у нас были неподходящие, то ли дед настолько качественно вмуровал герб своего рода, что вынуть его теперь можно только вместе с огромным куском стены.

— Что ни говори, — заметила Варвара, — а раньше все делали на совесть, не то что сегодняшние карточные домишки, где гвоздь можно вбить в стену без молотка.

— Твоя правда, кивнула Серафима. — С этими барельефами вообще вышла странная история. В моей комнате, как раз над кроватью, расположен еще один герб, так вот отцу он чем-то сильно помешал. Папа целую неделю пытался вырвать его из стены, и дрелью работал, и молотком. И что вы думаете? Герб устоял и даже практически не пострадал, разве что появилось несколько свежих царапин!

— Ничего себе, — присвистнула Варвара, — какой же он тогда толщины?

— Понятия не имею, знаю одно, эти барельефы были изготовлены по специальному заказу деда, на его собственном сталелитейном заводе.

— Так, может, сокровища спрятаны как раз за одним из родовых гербов? — предположила я. — Согласитесь, это было бы весьма логично.

— И слишком просто, — вставила Варвара, — думаю, все, кто искал клад Павла Кондарева, начинали именно с барельефов.

— Верно, — слабо улыбнулась Серафима. — Однако никому так и не удалось отыскать захоронку деда. По рассказам матери, Павел Петрович был большой мастак на всякого рода шарады и ребусы.

— Оно и видно, — выдавила Варвара, не скрывая ехидства, — такой мастак, что вот уже почти сто лет законные наследники не могут добраться до принадлежащих им по праву сокровищ.

— Знать, не судьба, Серафима Сергеевна задумчиво покачала головой. — А может, не соблюдены условия Пелагеи. «Всегда помните, что вы Кондаревы, — говорила бабушка перед смертью, — и объедините усилия. Тогда все тайное станет явным!»