Книга Хэллоуин в книжном «Ленивые кости», страница 108 – Эммелин Дункан

— Чего он хотел?

Рекс закатал второй рукав до локтя.

— Ланс хотел взять у меня интервью для шоу про призраков. Он хотел привлечь кого угодно, чтобы поднять хоть какой-то шум и чтобы его шоу заметили.

Попросить писателя в жанре ужасов прийти на шоу про призраков было логично, но я понимала колебания Рекса.

— Зачем Ланс показал фото мне?

— Я так понимаю, он узнал, что ты дочь Лиззи. Ты ведь встречалась с ним в магазине, так? Твое имя было написано на обороте фото. Думаю, дальше он попытался бы шантажировать меня и угрожать рассказать тебе, если я не выступлю на его шоу. И это не сработало бы, поскольку я согласился приехать на фестиваль в основном потому, что хотел встретиться с тобой. Как я и говорил — он всегда гонялся за прибылью.

— Раньше ты избегал мероприятий в «Ленивых костях».

Я изучала его профиль. И практически не видела в нем своих черт. Лицо у него было квадратное, нос с легкой горбинкой. Волосы слегка темнее моих, но на солнце в них, как и у меня, проблескивала рыжина.

— Когда вышла моя первая книга, я раздумывал устроить здесь мероприятие. Мол, «смотрите, чего я добился». Но я не был готов встретиться с демонами своего прошлого. Это я не про тебя — про моих родителей. Отец умер за несколько лет до моего дебюта, и я все еще разбирался с эмоциональным откатом.

— Твой отец был офицером полиции?

У Рекса расширились глаза.

— Откуда ты знаешь? В целом поэтому я болтался рядом, когда ты общалась с тем детективом. Не хотел, чтобы ты случайно попала в неприятности. Детектив по этому делу вроде нормальный мужик, но я все равно волнуюсь.

— Моя подруга адвокат Эвелин сказала фактически то же самое.

— Большая часть коллег отца были ко мне добры. Один даже помог моей матери сбежать. Он отвез ее в убежище для жертв домашнего насилия за пределами округа, и ее планировали вывезти из штата. Но ей диагностировали рак, она вернулась домой, и через год ее не стало.

Рекс посмотрел на свои потертые кроссовки.

— Если бы она сбежала и получила диагноз на пару лет позже, я мог бы помочь ей. Помешал бы ей вернуться к моему отцу.

— Даже его коллеги знали? — спросила я.

— Я слышал, местный шеф полиции хотел использовать это как повод для отстранения, но в итоге было проще дождаться, когда он выйдет в отставку после двадцати лет службы. А к домашнему насилию тогда относились иначе, чем сейчас. Пока моя мать не была готова выдвинуть обвинения, ничего не происходило.

Мы посидели немного в тишине. К моему удивлению, это было скорее естественно, чем неловко.

— Ну что дальше? — сказала я.

— О чем ты?

— Пожмем друг другу руки и пойдем по жизни своими путями? — Мне все еще было неуютно в присутствии Рекса.

И я искренне надеялась, что он не убийца.

— Мы могли бы поужинать? Познакомишь меня со своей подругой, — сказал Рекс. — Вы довольно близки, да? Насколько я успел заметить, она славная.

— Ты про Колби? Да, она моя лучшая подруга, но сейчас уехала к мужу.

— А, то-то ты сейчас не с ней.

Мы посидели молча еще немного. Я поняла, что Джек сместился и его голова лежит на бедре у Рекса.

— Твой пес просто прелесть, — сказал Рекс и почесал Джека за ухом.

— Только с теми, кто ему нравится, — ответила я. И поняла, что Рекс понравился Джеку сразу же.

Пискнул телефон. Дедушка спрашивал, не хочу ли я поужинать с ним и Мэрион.