Онлайн книга «Падший ангел. Явление Асмодея»
|
Призрак погибшего ребенка. Призрак погибшего ребенка. Как можно было не догадаться? — Сколько же на тебе грехов? Они выдают тебя с головой. Но я не вымолил того ребенка. Я не просил покоя его душе! И молельня не спасет никого! Это не молельня, это могила несчастного дитя, но в другом доме. И дальше он продолжил размышления про себя: «…Вот почему я оказался без сознания под окном. Я ЕМУ нужен. Вот этим я и должен воспользоваться». Между тем темнота накрывала дом. Или это помутилось в глазах, но он верил, что застигнет эту нечисть врасплох. Иначе не могло быть! Инесса откроет глаза и явится ОН! Странные ощущения пришли к нему в эту минуту. Да! Встреча близка! Это существо было намного ближе, чем викарию казалось сначала, ближе, чем это можно себе представить. Но как разгадать ЕГО? Викарий снова внимательно посмотрел на дом, на высокую черепичную крышу, стены, окна, цветы, крыльцо. И вдруг догадка молнией мелькнула в мозгах. ОН не выйдет из дома!!! ОН остался в доме для….! Нет-нет! Ни для…, а потому что только ночью выползет эта тварь, и он заманил ее тем, что привел Кристину. Викарий рванул к двери, которую сам же плотно закрыл перед этим. Он преодолел двумя шагами лестницу, по которой обычно делал шесть шагов. Он знал, куда бежать – в молельню. В самое святое место его жилища, куда не может приникнуть нечистая сила, но именно туда она и проникла и не подозревает ни о чем! И он знал, что крикнуть ей! — Я – это Ты! Тварь! Ты не захватишь мою душу! Ты растворишься во мне как кусок соли, и исчезнешь во мраке! Распахнув дверь молельни, он поначалу ничего не увидел, глаза еще не привыкли к темноте. Вот на него пахнуло смрадом и он, прикрывшись рукавом, вошел. В полумраке комнаты, где догорала одна лишь свеча, угадывался тот дьявольский оскал, о котором когда-то упоминали в священных книгах. Свеча свалилась с подсвечника, затухла, по свечение осталось, синее слабое свечение… И Дьявольская личина всплывала высоко под потолком и слабо высвечивала фосфоресцирующим светом. Но его отвлекло шевеление в углу, где угадывалось два силуэта: маленькой Инессы и еще кого-то, в кого она вцепилась тонкими руками-ветками, и душила свою жертву. Распластанное тело под сутаной оставалось недвижимым. Он бросился туда, и увидел, как уставились на него белки безумных глаз, и услышал гортанные звуки жертвы. Он инстинктивно попытался оттащить безумную душительницу, но руки не слушались. В тот же миг раздался душераздирающий вопль, и кто-то с пола, крысиным, ловким прыжком, запрыгнул ему на грудь. Он сбросил эту тварь и отпрянул к свободной стене. Бесовское создание, снова сжавшись в кулак, приготовилось к прыжку. Дух вселился в Инессу, и это была не она! Он выставил перед собой крест, загоревшийся как кусок дерева, он стал чертить крестное знамение. Тварь зарычала, испуская пену и вопли. Вот о чем Кристина предупреждала его: «По веткам ползет змея, а мне мерещится рука… По веткам ползет змея». В коридоре, он крепко прижался спиной к захлопнутой двери, но сила спасения погибающего человека заставила его тут же отворять эту дверь. Но тщетны были его усилия – лишь ручка развалилась в руках как щепоть песка. «В дверях нет запора изнутри! Как можно запереть?!» Он отошел назад, и размахнувшись, стал наносить мечом удары по двери, разрубая каждую доску. Дубовая дверь стойко держалась, а меч начал застревать в появившихся щелях. …И зло вышло наружу. Он понял это, когда увидел, как черные мерзкие птицы бросаются на него из небытия. Они не каркали как вороны, они скулили как волки, и он успевал рубить их, но чувствовал всем своим нутром, как что-то движется к нему, облепленное этими птицами. И он пошел навстречу, спотыкаясь о трупы упавших птиц… |