Книга После развода. Исцеление любовью, страница 10 – Лисавета Челищева

Она наклоняет голову набок, глядя на меня, пытаясь осмыслить происходящее, но наконец начинает понимать.

— Они не привередливы в еде.

— Отлично. Значит, если вы будете готовы к девяти, мы можем начать день с кофе для нас и горячего шоколада или коктейлей для мальчишек.

Настя открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, но в этот момент Егор подходит к нам и, даже не взглянув на меня, обнимает её за плечи.

— Прости, мам. Я знаю, что это не твоя вина. — Он целует её в висок, затем выпрямляется и улыбается мне. Я вижу, как покраснели и припухли его глаза. Этот парень тоже плакал.

— Егор, я только что говорил с твоей мамой, и мы тут подумали: если ты и Коля согласны, мы перенесем ваши планы на следующую пятницу. И мы с вашей мамой пойдём с вами, а потом можем поужинать и прогуляться по пляжу после. Вас это устроит? Или есть что-то другое, что вы хотели бы сделать?

Глаза Егора слегка расширяются, но эта слабая улыбка превращается в искреннюю, когда он смотрит на Настю.

— Правда, мам?!

Она кивает, и ей требуется всего лишь секунда, чтобы снова улыбнуться.

— Да… Я, конечно, не хочу, чтобы Матвей пропускал работу из-за нас, но он прав, мы не должны выбрасывать ваши планы только потому, что ваш папа не смог приехать.

Боже, неужели она правда думает, что я помогаю, потому что чувствую себя обязанным?!

Что, чёрт возьми, сделал с ней её бывший муж?

— Эй, я предложил это вам, потому что сам хочу. Не могу придумать лучшего способа провести пятницу, если уж на то пошло. Так что, как я и сказал твоей маме, вам всем нужно быть готовыми к девяти, чтобы мы могли остановиться и купить кофе вашей маме, а вы, ребята, получите что-то сладкое. Потом мы пойдём в океанариум, потом в кино, потом поужинаем, а затем прогуляемся по пляжу с Никой.

Егор кивает, его улыбка становится шире, а щёки Насти начинают слегка розоветь.

— Хорошо, это очень классно! Ты готова, мам? Коля уже набегался. Дедушка сказал, что нам нужно ещё заехать в магазин по пути домой.

Как только она кивает, Егор поворачивается и обращается к Коле, оставляя нас с ней наедине.

— Ты уверен, что точно хочешь этим заняться? — тихо спрашивает Настя. — Мальчишки быстро выматывают. Особенно, когда их развлекают.

Боже, да он просто изуродовал её душу. Неужели её бывший умудрился сделать так, что ей трудно теперь доверять кому-то, кто хочет сделать что-то для неё и её детей, просто потому, что им этого искренне хочется?

— Да, Насть, я уверен.

Я вижу, что она всё ещё сомневается, но чувствую облегчение, когда она кивает, принимая это как должное, даже если внутренне всё ещё не верит в реальность происходящего.

Я понял одно: доверие для неё — это не данность, а роскошь, которую она боится себе позволить. Но я был готов ждать. За её спиной стояли двое пацанов, которые нуждались в том, чтобы увидеть пример настоящей мужской заботы. А я всегда любил доказывать поступками, а не словами.

— Ладно, что ж, мне нужно забежать в магазин и вернуться домой, пока папа не начал взрывать мой телефон... — она дарит мне извиняющуюся улыбку. — Я хочу поблагодарить тебя... за это... за пятницу. Просто... спасибо тебе большое, Матвей.

Я демонстрирую ей самую тёплую улыбку, на которую способен, которая даётся довольно легко, потому что я чертовски рад видеть, как этот маленький жест много для неё значит.