Книга После развода. Исцеление любовью, страница 24 – Лисавета Челищева

— Эй, Егор. Хорошо провёл день?

Он поднимает бровь и усмехается, скрестив руки на груди.

— Да, было весело. У меня был интересный разговор с мамой, и Коля тоже хорошо провёл время.

И что этот парень задумал?

Его тон и выражение лица ясно дают понять, что у него что-то на уме, и я не настолько глуп, чтобы думать, что он скажет мне, что именно.

— Это хорошо. Твоя мама на кухне?

Он кивает, но этот его хитрый взгляд никуда не делся.

— Тебе нравится моя мама, Матвей?

Ох... ну... чёрт.

— …Ну, да, конечно, она мне нравится. Вы оба мне нравитесь. И Коля.

Он закатывает глаза, явно не впечатлённый моим ответом.

— Я спрошу по-другому: ты хочешь встречаться с моей мамой?

Что за нахальный засранец!

Я внутренне усмехнулся. Этот парень, которому всего десять, уже ведёт себя как мой старший товарищ. Он не просто защищает свою маму — он проверяет меня на прочность. И я понял: он не хочет, чтобы я был просто очередным мужчиной, который промелькнёт в их жизни. Он хочет гарантий. И, чёрт возьми, я был готов эти гарантии дать. Потому что, глядя в его глаза, я видел ту же боль, что носил в себе когда-то.

— Егор, я знаю, что твоя мама только что пережила развод, а потом переезд...

— Да, но ты хочешь пригласить её на свидание?

Я не упускаю из виду тот факт, что он держит свои карты очень близко к груди, но он не отступает.

— Я... действительно люблю твою маму, и мне искренне нравится проводить время с вами троими, но я знаю, что у неё сейчас и так полно проблем. Я не хочу ей мешать. Ей нужно время обо всем подумать.

— Хорошо, тогда будь её другом. Будь тем парнем, который поддерживает её.

Чёрт... Я думал, ему десять, а не тридцать!

— Я думаю, нам просто нужно посмотреть, как всё сложится.

Он качает головой, но у него на лице появляется та самая улыбка, которая меня веселит.

— Ну, по секрету: ты ей очень нравишься. Только не говори ей, что я сказал. Думаю, если бы ты пригласил её на свидание... она бы сказала «да». — Егор бросает эту бомбу и беспечно пожимает плечами.

Мальчик идёт на кухню, а я медленно плетусь за ним.

— Мам, Матвей уже здесь.

— Матвей! В холодильнике есть пиво, вино, вода и лимонад. Угощайся. — Настя бросает это через плечо, затем возвращается к тому, чтобы мешать мясо для салата на сковороде.

— Нужна помощь с чем-нибудь?

Она издаёт тяжёлый вздох и убирает с лица несколько непослушных прядей своих тёмно-каштановых волос.

— Нет, я думаю, я справлюсь.

Я вижу лёгкий румянец на её коже на шее, и я точно знаю, что ей жарко, потому что я не только чувствую жар в кухне, но и вижу лёгкий слой пота на её коже.

Я смотрел на неё, стоящую у плиты, и понимал: она не из тех, кто жалуется. Она просто делает то, что нужно, — кормит детей, улыбается, старается жить дальше. И когда я увидел, как она устала, но при этом не просит помощи, я решил: я не буду ждать, пока она попросит. Я просто возьму и помогу.

Я подхожу ближе, протягиваю руку и, слегка отодвинув её в сторону, забираю деревянную ложку у неё из рук.

— Иди выпей чего-нибудь и присядь на минутку. Ты же не хочешь упасть в обморок от жары?

Настя смотрит на меня и дарит мне забавную улыбку. Она берёт два стакана из шкафа и направляется к холодильнику.

Всего через минуту она ставит стакан лимонада на стойку рядом со мной, держа свой в правой руке.