Книга Трое. Любовь по понятиям, страница 37 – Ирина Серебрянская

И это была правда. Рядом с ними она не боялась ничего.

Та же ночь

После ухода Коляна в квартире повисла тяжёлая, звенящая тишина. Борис стоял у окна, курил в форточку, глядя на ночную Москву. Спина его была напряжена, плечи — как каменные. Андрей сидел за столом на кухне, перебирал какие-то бумаги, но Марта видела — мысли его далеко. Она вышла из комнаты, подошла к Борису, осторожно тронула за руку. — Ты как? — спросила тихо.

Он обернулся, и она увидела в его глазах то, чего не видела никогда раньше не гнев, не страх, а холодную, спокойную решимость. Так смотрят люди, которые знают: скоро будет бой.

Нормально, — ответил он коротко. — Ты иди спи.

Не усну.

Тогда сиди тихо.

Он отвернулся, снова уставился в окно. Марта чувствовала: он не хочет, чтобы она видела его таким. Таким — готовым к убийству.

Андрей подошёл, обнял её за плечи, увёл на кухню.

— Не обижайся, — сказал он тихо. — Он по-другому не умеет. Когда пахнет войной, он отключает всё лишнее. В том числе — нежность.

— Я понимаю, — ответила Марта. — Просто... страшно. Мне тоже, справлялись, — признался Андрей.

Но мы справимся. Мы всегда

Он посадил её за стол, налил чаю, сел рядом.

— Расскажи мне, — попросила Марта. — Что будет? Что он задумал?

Андрей помолчал, собираясь с мыслями.

— Колян давно хочет подмять под себя всё, что есть у Бориса. Место на рынке, связи, людей. И мы с Борисом — его главная цель. А теперь ещё и ты. Ты наша слабость. Он это понял. Я не хочу быть слабостью, — твёрдо сказала Марта.

Ты не слабость, — улыбнулся Андрей. — Ты — то, за что мы готовы убивать. Это другое.

Какая разница?

Большая, — раздался голос Бориса от двери.

Он вошёл на кухню, сел напротив. Глаза его всё ещё были холодными, но в них появилось что-то тёплое, когда он смотрел на Марту.

Слабость это когда из-за тебя проигрывают. А когда из-за тебя выигрывают — это сила. Ты наша сила. Поняла?

Марта кивнула, хотя не до конца понимала.

Что будем делать? — спросил Андрей.

Готовиться, — ответил Борис. — Колян просто так не отстанет. Значит, надо бить первыми.

Когда?

Завтра ночью. Я соберу ребят, тех, кто верен. Ты, — он посмотрел на Андрея, — останешься с ней.

Я с тобой, — возразил Андрей.

Нет. — Борис был непреклонен. — Ты нужен здесь. Если что-то пойдёт не так — вы уйдёте. У тебя есть схема, деньги, документы. Ты её вывезешь. А ты? — спросила Марта, чувствуя, как холодеет внутри.

А я буду делать то, что умею, — усмехнулся Борис. — Не в первый раз. Я не хочу тебя терять, — прошептала Марта.

Не потеряешь. Я живучий.

Он встал, подошёл к ней, поднял за подбородок, заставил смотреть в глаза. Ты главное запомни: что бы ни случилось, ты должна быть жива. Ради тебя я всё это делаю. Если с тобой что-то случится — мне тогда и жить незачем.

Не говори так, — Марта чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Правду говорю, — отрезал он. — Ты — наша. Мы — твои. И мы будем драться за это. Он поцеловал её — жёстко, быстро, по-мужски. И ушёл в коридор, где уже лежала спортивная сумка, приготовленная Андреем.

— Что там? — спросила Марта. Оружие, — коротко ответил Андрей. — Документы. Деньги. На всякий случай.

На какой случай?

Если придётся бежать.

Марта смотрела, как Борис проверяет содержимое сумки — спокойно, деловито, будто собирался не на войну, а на рынок. От этого спокойствия становилось ещё страшнее.