Книга Развод. Лишняя жена дракона, страница 37 – Рина Мадьяр, Дина Нежина

И лишь тогда я вернулась к нему и только присела рядом с Вэллианом на край кровати, как он потребовал:

— Воды!

Я снова вскочила, принесла чашу с родниковой водой. Подала ему её дрожащими от волнения руками. Он сделал глоток и скривился:

— Холодная.

Я растерянно моргнула, но взяла себя в руки:

— Я … Я сейчас подогрею.

— Так подогрей! И побыстрее.

Что-то неприятно кольнуло внутри. Но я объяснила себе всё тем, что ему больно, он слаб после ранения, и пошла подогреть воды. Лекарь сделал вид, что ничего не заметил. А когда я вернулась, он и вовсе ушёл со словами:

— Господину стало легче. Всё, что от меня зависело, я сделал. Теперь я пойду отдохну после бессонной ночи. Теперь всё будет зависеть от вас, а я зайду проведать господина ближе к вечеру. Ему нужен покой и побольше питья.

С его уходом стало сложнее. Я принесла Вэллиану подогретой воды, но он потребовал холодной. Стоило ему только сделать несколько глотков, он нахмурился.

— Алана! Закрой окно, будь так добра.

Я замерла на миг, но молча закрыла. Осталась стоять у окна, размышляя, что же мне теперь делать. Я хотела спать, но не могла оставить Вэллиана одного. Все мужчины сражались вчера, и вряд кто-то из них сегодня мог стать слугой для раненого господина.

Вэллиан прервал мои раздумья, позвал меня подойти ближе:

— Подойди ко мне. Что ты там встала?

Я подошла к кровати, стараясь не показывать, как меня задели его слова. Вэллиан лежал бледный, под глазами залегли глубокие тени, но взгляд его был острым, колючим.

— Ты что, не можешь нормально подать воду? — он отодвинул чашу, которую я протянула. — Холодная. Я же сказал, холодная.

— Я подогрела, как вы просили, — растерянно ответила я.

— А теперь я хочу холодную, — глядя на меня, словно на пустое место, произнёс он.

Я стиснула зубы, взяла чашу и пошла к двери за холодной водой.

— И побыстрее, — бросил он мне в спину.

Я принесла холодную воду, осторожно поставив её на стол. Вэллиан сделал глоток и поморщился, окинув меня недовольным взглядом.

— Подай подушку, — он чуть приподнялся на локтях и я поспешно схватила подушку. — Выше. Нет, ниже. Что ты за жена, если даже подушку положить не умеешь? — очередной раз сорвался он.

Я поправила подушку, стараясь дышать ровно. Нельзя срываться в ответ. Он ранен. Он не в себе.

— Открой окно, — повелительно махнул он рукой. — Душно.

Я открыла окно, но через минуту услышала злое:

— Закрой. Сквозняк.

Я закрыла.

— Принеси поесть, — потребовал муж через пять минут.

— Лекарь сказал, вам пока нельзя… — начала я.

— Я сказал — принеси! — послышался властный приказ, и я решила не сопротивляться.

Сходила на кухню и принесла лёгкий бульон, но Вэллиан отодвинул тарелку.

— Это есть нельзя, — его рот скривился в тонкую линию. — Ты что, не видишь? Здесь жир плавает.

Я сняла ложкой жир. Он попробовал и вновь скривился.

— Холодный. Подогрей.

Я подогрела. Он отставил тарелку.

— Не хочу теперь.

Я сжала кулаки и убрала посуду. Что это такое вообще с ним?

Хотела позвать лекаря, но его как на зло нигде не было.

— Воды. Тёплой. Нет, холодной. Добавь мёда. Нет, убери мёд.

Я металась от печки к столу, от стола к кровати. Он придирался к каждому моему движению, к тому, как я стелю покрывало, как поправляю повязку, как ставлю подсвечник.