Книга Его случайная проблема, страница 73 – Лана Нежная

Вижу, как у него на скулах ходят желваки. Матвей уже слезает со своего байка, идёт к нам, но не вмешивается. Ждёт.

Вадим наклоняется. Так близко, что я чувствую его запах. Говорит тихо, только для меня:

— Не слезешь сама — стащу силой и выпорю. Надаю по заднице так, что неделю сидеть не сможешь. Поняла?

Сердце ухнуло куда-то в живот. Не от страха. От чего-то другого. Оттого, что он не шутил. Оттого, что в этой угрозе была забота — злая, упрямая, но забота. И ещё оттого, что мне вдруг стало жарко.

— Не посмеешь, — прошептала я.

— Ещё как посмею. Я твой муж, если ты забыла.

Он отступил. Сложил руки на груди. Смотрел в упор. И я поняла: не блефует. Чёрт.

Медленно, чувствуя, как предательски трясутся колени, я слезла. Я вдруг осознала, как глупо это выглядело: двадцать один год, а стоишь перед мужчиной, который держит ключи от твоего же мотоцикла, и не знаешь, злиться или благодарить.

— Матвей, подкинешь? — спросила я, не оборачиваясь.

— Без вопросов. Запрыгивай.

Повернулась к Вадиму, протянула ладонь:

— Ключ.

— Завтра отдам.

— Ключ. Сейчас. Сегодня.

Он выдохнул, резко шагнул вперёд, вложил металл в мою руку.

— Дура, — бросил он, уже разворачиваясь к своей машине.

— Кто бы говорил… — кинула я ему в спину. Голос предательски дрогнул.

Запрыгнула на пассажирское сиденье Матвея. Ветер бил в лицо, но внутри всё сжалось в комок. Дорога промелькнула быстро, я почти не помню поворотов.

— Вит, он прав, — сказал Матвей, когда мы уже подъезжали к моему дому. — Лучше не садиться за руль. Неважно, сколько выпила. Что случится — потом будешь виновата. Перед собой в первую очередь.

— Угу. Больше так не буду. Спасибо, что подбросил.

— Своих не бросаем. Спокойной ночи.

— И тебе. Позвоните, как соберётесь за байком для Юли.

Ночью меня штормило. Я ворочалась, вслушивалась в тишину квартиры, а в голове крутилось одно и то же. Как он узнал, что я пила? Его же не было внутри. Кто-то сказал? Андрюха? Почему так злился? Не просто злился — взбесился, будто от этого зависела моя жизнь. И это его… «Выпорю». Он бы реально стащил? Наказал бы? При всех? Сердце замирало от странной, пугающей смеси страха и… чего-то тёплого.

Боже... вспомнил же, что он муж. Интересно, можно подать заявление на мужа, если он… ну, отшлёпал? Надо было сказать: «У нас фиктивный брак, ты не имеешь права». Почему умная мысль всегда приходит после? Почему я, вместо того чтобы ударить в ответ или уехать молча, стояла и смотрела, как у него желваки ходят? Почему мне хотелось, чтобы он просто обнял?

Я прикусила губу, пока не почувствовала металлический привкус крови. В голове стоял его голос, низкий, хриплый: «Я твой муж, если ты забыла».

Я не забыла. Никогда не забывала.

Поэтому и приезжала. Чтобы он видел. Чтобы хоть как-то реагировал.

А он смотрел. И реагировал. Даже слишком...

Утро ещё пахнет мокрой пылью и остывшим асфальтом. Забираю байк до открытия салона. Ключ поворачивается с глухим металлическим щёлчком, мотор оживает вибрацией, которая сразу же бежит по ладоням и отдаётся где-то в солнечном сплетении. На столбе, как всегда, висит камера с тусклым красным глазом. Я демонстративно усаживаюсь на сиденье, разворачиваюсь к объективу и медленно высовываю язык. Глупо? Возможно. Ну и что.