Книга Незнакомка из кофейни, страница 140 – Николай Куценко

— Ну, за тебя, дед!

Макс выпил коньяк, закусил хлебом и, поставив пустую кружку на тумбочку, вышел из палаты. Он заглянул в кабинет главной медсестры. Там никого не было. На стуле, стоявшем рядом со шкафом, он увидел свои вещи. Максим неторопливо оделся, но направился не к своей палате, а дальше по коридору.

Перед ним возникло испуганное лицо медсестры, с которой он познакомился на утреннем осмотре. Та стояла и хлопала ресницами, не понимая, как себя вести.

— Ты куда это? – наконец поинтересовалась она.

— Выйдешь за меня?! – спросил Макс и чмокнул ее в щеку.

Та замахала на него руками, словно отгоняла муху.

— Да иди ты! Совсем оборзел! Я сейчас охранников вызову!

— Ну раз не выйдешь, то нечего мне тут делать! – проговорив это, Макс почувствовал, что быстро опьянел. Видимо, сказывалось то, что он давно по-человечески не ел, да и травма головы могла давать о себе знать.

Ничего не ответив медсестре, он двинулся по коридору к лестнице и стал спускаться по ступенькам вниз. На выходе из здания больницы лишь охранник проводил его взглядом.

Варя стояла в кабинете президента и рассматривала на стенах современные картины, в которых Варя ничего не понимала. Она вглядывалась в каждую по очереди и пыталась определить, что же на ней нарисовано. Но тщетно. Размазанные по холсту мрачные краски перетекали одна в другую, не образуя четких контуров. Получалась своего рода мешанина из разных цветов. Варя слышала от других, что президент любил живопись, но то, что она видела, сложно было считать таковой. Это вообще едва ли можно было назвать искусством.

— Интересуетесь? – живо спросил президент и, не дождавшись, добавил: – Это современные работы наших прогрессивных художников.

— Да, немного, – соврала Варя. На самом деле ей сейчас все это было категорически не интересно. Утренняя головная боль мешала нормально мыслить, руки мелко дрожали, во рту было сухо. Варю мучил похмельный синдром. Отвратительные, на ее взгляд, картины окончательно портили ей настроение. Она подошла к длинному столу для совещаний и стала раскладывать бумаги, готовясь к выступлению. Несколько листов выпали из папки и разлетелись по пространству стола. Варя судорожно стала их собирать и услышала голос президента:

— Хотел бы показать вам одну картину, Варвара Федоровна, мою любимую, – президент аккуратно взял Варю под локоть и подвел к холсту, который висел на стене, справа от стола президента. – Это Зенкевич, он – современный гений. Разве не прекрасно? Она называется «Яблони весной».

Варя устремила взгляд на картину. На ней была все та же мазня, только в более ярких тонах. Никакими яблонями там и не пахло. От этого зрелища голова заболела с новой силой, и Варя закрыла глаза.

— Вам, возможно, покажется, что это хаос! Но это только вначале. Если приглядеться, то в этом хаосе вы сможете увидеть все, что угодно. Ваш мозг заполнит его нужными формами, правильными конструкциями, идеальными предметами. Многие, как вы, наверно, уже догадались, видят тут… яблони.

— Понимаю, – ответила Варя и отвернулась, чтобы президент не заметил, как она мучается.

«Видимо, он точно что-то непростое ест, раз такая ерунда ему мерещится!» – подумала Варя, но промолчала.

— Хотя, наверное, Зенкевич для вас еще слишком сложен и непонятен. Вам бы надо начать… – президент задумался и провел рукой по гладкой щеке. – Оставьте это за мной. Я подумаю, что вам дать почитать и посмотреть…