Книга Незнакомка из кофейни, страница 15 – Николай Куценко

— И как? – не без страха спросил я.

— Супер! Мне очень понравилось. Мне и маме! Она толк-то знает в литературе! Все перечитала. Говорит – Довлатов молодой!

— Здорово, – оживился я.

— Ну, кроме двух глав, правда, – Настя отвела взгляд в сторону.

— Третья и пятнадцатая? – насторожился я.

— Щас посмотрю, – она зашуршала страницами. – Нет, восьмая и тринадцатая.

Я попытался вспомнить про что там, но не смог.

— Ты их лучше выкинь. Ну… или перепиши. Не катит совсем.

— А третья и пятнадцатая?

— Хорошие главы, про похищение так вообще супер!

— Хорошо, я подумаю, – с облегчением сказал я.

— Нет, тут думать нечего. Не годятся они! И мне, и маме не понравились.

Еще через день ко мне пришел юрист Дима и сказал, что все очень хорошо, кроме девятой и двадцатой главы. И настоятельно рекомендовал их исключить.

За ним потянулась остальная вереница моих читателей. И каждый из них хвалил книгу, рекомендуя исключить все новые главы. Причем последних было почему-то всегда по две. Когда пришел последний читатель, я спросил с порога:

— Хочешь, угадаю, что тебе не понравилось?

— Давай, – усмехнулся он.

— Первая и восьмая! – с уверенностью заявил я, назвав две оставшиеся главы.

— Точно! А откуда ты знаешь?

— Да они всем не понравились! – соврал я.

— Ну, значит, я тебе ничего нового не скажу, – расстроился он.

— Все равно спасибо! Ты просто окончательно поставил точку в этом вопросе.

— Рад стараться! – он отдал мне честь и вышел из кабинета.

Выходило, что я должен был либо переписать всю книгу целиком, либо оставить все как есть. Я выбрал второй вариант. А что мне оставалось? Переписывать все не имело никакого смысла.

Через месяц я получил письмо от редактора одного из издательств. Она писала:

«Николай, вы интересно пишете. Живо и реалистично. В общем, мне понравилось. Мы готовы обсудить контракт. Приезжайте. Только вот есть пара глав, их бы переписать… При встрече обсудим».

Ниже шел адрес издательства.

Я смотрел в экран монитора, не веря, что мне ответило крупное издательство, а моя книга понравилась редактору. Я вообще не верил, что все это мне не снится.

Сидел и перечитывал письмо. Много раз. И каждый раз пытался угадать, какие же две главы не понравились этой женщине…

В спину дул теплый ветер, разметавший его волнистые волосы. Кроссовки прилипали к асфальту, раскаленному под лучами полуденного итальянского солнца. Дыхание срывалось все чаще, перед глазами появилась пелена, ноги стали ватными. Казалось, еще чуть-чуть, и он упадет. С трудом, но он держался. Справа от себя увидел силуэт своей родной сестры Луизы, высокой, худой, черноволосой и кудрявой итальянки с тонким нежным лицом. В руках она держала бутылку воды.

— Серджио! Пей, Серджио, – кричала она, расплываясь в его глазах.

На ответ ей совсем не было сил. Он замедлил шаг и свернул к обочине дороги. Жадно выхватил бутылку из рук сестры и стал пить, постепенно ускоряя шаг.

— Еще немного, Серджио! Ты первый! Еще немного. Ты добежишь!

Он посмотрел в ее сторону потупленным взглядом, смахнул со лба пот и, швырнув бутылку на обочину, побежал в сторону финиша.

— Ты первый, Серджио! Мой брат всегда первый! – услышал он за спиной.

— Я первый, – еле слышно прошептал он, стараясь удержаться на ногах.

Через полчаса он стоял на пьедестале, на самом верху, подняв над собой позолоченный кубок – приз за первое место. Солнце все так же пекло затылок, и жутко хотелось пить. От жары кружилась голова. Он посмотрел по сторонам: место справа занимал поджарый негр с кристально белыми зубами, слева – мясистый рыжеволосый европеец. Оба изнывали от жары. Внизу он заметил Луизу. В руках она держала букет из свежих красных роз. Внезапно она замахнулась и бросила цветы в сторону Серджио. Он протянул руку вперед и почувствовал, как закололо в области сердца, словно туда загнали иглу. Схватившись за грудь, он стал терять сознание. Перед глазами все закружилось.